Мерцание «Призрака»: Ангелы Смерти

– Отпустите меня! Я не хочу умирать! – захлёбываясь в собственной крови и частично даваясь ей, коротко промолвил охранник, продолжая оставаться у незнакомца в заложниках.

– Бросай оружие!!!

На мгновение Льюиса посетило ощущение, будто, время замерло, а где-то на другой стороне в параллельной Вселенной живут: чудеса, счастье и покой. Там нет одиночества и боли, а смерти никогда не было и не будет!

Говард выпустил из левой руки отворот пиджака своего заложника, еле державшегося на ногах от пробитой пулей ступни и, отпрыгнув в сторону, оказался за кадкой с декоративной пальмой.

Он выдернул чеку из свето-шумовой гранаты и, вытащив её из подсумка, отпустил предохранительную скобу. Мягким, но резким движением левая рука бросила гранату в скопление охраны, а в ответ в сторону Льюиса посыпались выстрелы.

Яркая вспышка ослепила охрану и банкира и швейцарских гвардейцев, а оглушающий звон ударил противнику по слуху.

Говард сделал кувырок в сторону, очутившись рядом с парадной лестницей, по которой на помощь спешило подкрепление.

Левая рука вытащила из подсумка модульного бронежилета на левом камербанде осколочную гранту, а указательный палец правой руки вырвал чеку. Предохранительная скоба отлетела в сторону, и Льюис «ласково и с трепетом» покатил гранату по мраморной лестнице.

Раздался взрыв, поглотивший сопротивление группы быстрого реагирования, сменившийся на крики, хрипы и стоны.

Говард схватился за пистолет-пулемёт, висевший на одноточечном ружейном ремне, и, вскочив на ноги, пригнувшись вошёл в столовую, открыв прицельный одиночный огонь по охране банкира и швейцарским гвардейцам.

Ответный огонь оказался крайне непродуктивным и кроме лишней порции адреналина с Льюисом ничего не произошло.

Охрана была полностью выведена из строя. Бронежилеты скрытого ношения были пробиты остроконечными пулями мелкого калибра, нанёсшие телохранителям и секьюрити смертельные и крайне тяжёлый ранения.

Сопротивление было подавлено и в столовой воцарилось безмолвие, прерываемое детским всхлипыванием.

Шоковое состояние семьи банкира было легко объяснимо. Детей, как и жену к подобным ситуациям нельзя подготовить, да и сам Ксавье в данной ситуации не находил своего места. Постоянный хозяин положения внезапно оказался беззащитным, несмотря на все свои деньги, охрану, связи в разных эшелонах государственной власти. Льюис понимал, что полиция едва ли объявится на вилле, но исключать полностью этого было неоправданной глупостью.