Мерцание «Призрака»: Ангелы Смерти

Он поправил на правом боку пластиковую кобуру с пистолетом «SIG-Sauer» и с нерешительностью вступил на поле, где среди высоких всходов, лежала пелена грусти, похожая на огромное тканное полотно. Массивные стены аббатства молча подмигнули Льюису через свои пустые оконные проёмы и продолжили звать к себе.

Говард коснулся открытой ладонью правой руки высокой травы, которая прошептала чуть слышную молитву. Он продолжил идти по полю, где на линии горизонта появлялся багряный солнечный диск.

Казалось, что именно здесь и живёт истинная вера, потерянная людьми среди жизненных неурядиц и собственных ошибок.

Льюис подошёл к стенам аббатства, чувствуя, как потери, так и обретение, сделанное здесь и сейчас. Он дотронулся ладонью до кирпичной клади стены, пытаясь услышать внутри себя голос грешника и праведника Гальгано Гуидотти. Его рыцарская история – это обретение Бога через смерть, страдания и тяжесть собственных грехов. Его меч, навсегда проткнувший камень и ставший для него тем самым крестом искупления, находился на холме, где стояла ротонда.

Говард дышал и не мог никак надышаться ароматом настоящей свободы. Он слышал странную заунывную мелодию скрипки, а редкий звук ударных инструментов призывал продолжать идти.

Льюис добрёл до ротонды и вошёл внутрь. Меч рыцаря Гальгано встретил его, улыбнувшись из-под плексигласового купола. Он медленно и нерешительно подошёл к нему и встал перед ним на колени. Крест в виде меча в камне заворожил его взгляд и Говард закрыл глаза.

Губы Льюиса стали шевелиться, читая чуть слышно: «Отче, наш».

Говард открыл глаза, неотрывно смотря на меч, и стал искать нечто, что могло бы быть средством связи с таинственным орденом. Вокруг купола лежали только небольшие камни и ничего более. Льюис опустил голову, продолжая просить у Господа помощи. Он дотронулся ладонями камней и, несколько раз проведя по ним, нашёл пустотелый фальшь-камень. Говард взял его в руки и быстро раскрутил.

Внутри находился небольшой огрызок простого карандаша и маленький клочок бумажки.

Льюис тут же написал, как можно с ним связаться и кто он. Его руки быстро завинтили фальшь-камень из керамики с пластиковой резьбой и Говард положил бутафорию к куполу. Он быстро перекрестился и встал с колен, а первый яркий лучик утреннего солнце ослепил ему глаза при выходе из ротонды…

Глава 5

Москва.