Госпитальер. Путь проклятого

Монахам в коричневых истрёпанных балахонах было уже не до разгрузки гужевых лошадей и повозок с провизией, которые они привезли с благословенного юга, где голод и холод не были главными проблемами.

Головы монахов, поднятые кверху, и глаза, неотрывно следящие за необычным явлением на чистом клочке неба, согревали их уставшие от тягот жизни сердца и дарили надежду. Языки покорно начали шептать молитву во славу Божью, а правая рука аббата приготовилась перекреститься.

? Господь спасёт свою паству! ? утирая слёзы радости на щеках, остановившись, произнёс кардинал Винченцо и снова поднял голову кверху, чтобы навсегда запомнить благословение небес, которое ожидал из года в год на протяжении долгого времени.

Кто-то обязательно не забудет упомянуть тот факт, что человеческое сумасшествие существовало всегда, но никогда одно и тоже помешательство не случалось у группы людей одновременно.

Потеря рассудка схожа с бичом центуриона, заставлявшего дрогнувших легионеров держать строй и собираться «в черепаху». Стать рабом иллюзий легко, достаточно просто перестать сопротивляться и больше ни во что не верить и не надеяться на чудо.

Сумасшествие всегда было подобно бичу центуриона, заставлявшего легионеров держать строй и боевой дух. Человек не хочет что-то делать, но природа загоняет его душу в узкие рамки собственных иллюзий.

Кардинал Винченцо прошёл мимо охраны, углубляясь в лоно базилики, где языки пламени факелов освещали насмешливые лица караульных сержантов, давно привыкших к чудаку в красной сутане.

Старый кардинал, чуть прихрамывая, зашёл в центральный неф, приволакивая за собой правую ногу, не желавшую подчиняться воле своего хозяина. Он свернул к лестнице, слыша раскатистый смех караульных сержантов, не решавшихся никогда рассмеяться Винченцо Бароне в лицо.

До покоев папы оставалось совсем немного, и кардинал не мог не поделиться данной радостью с Его Святейшеством, а что о нём подумают слуги, никогда не волновало Винченцо Бароне, в прошлом сироту, прошедшего многие круги земного ада до того, как он попал в аббатство.