Магритт

Алина пожала плечами.

– Ничего, я побуду с ней. Идите. Только не долго, у меня клиент, – она взглянула на часы-браслет, болтавшиеся на запястье. – А еще бы мне все-таки узнать, зачем вы вытащили меня с утра из уютной квартиры.

Комиссар вряд ли часто любовался видом из окна – оно было плотно зашторено. На низком столике среди остатков ресторанной еды помигивали тонкими цветными трубками экутеры из тех, которые берут не для музыки. Комиссар отыскал чистый стакан, уселся на диван и принялся ковырять вилкой хитрую пробку сычуаньской воды.

– Надеюсь, у тебя что-то срочное? – почти дружелюбно сказал он.

– В принципе нет. Хотел навестить бывшего друга. Пять покойников у меня в квартире могут подождать.

Комиссар угрюмо кивнул и пододвинул ко мне стул ногой.

– Рассказывай. Только начинай с начала. Мне не слишком верится, что ты просил взломщика только для возни с паролем в твоем дурацком чате.

Пока я говорил, он неспешно возился с экутером, протирал рукавом обод и продувал оба входных порта.

– Тебе есть где пожить? – спросил он, когда я закончил. – Ясное дело, что дома у тебя ожидаются еще гости.

– Думаю, что я в полной безопасности, – усмехнулся я.

Комиссар поморщился.

– Перестань. Тебе повезло – эффект неожиданности. Никто и никогда не ожидает от лани владения тонким искусством рукопашного боя. Скорее всего – встроенная система защиты с программой рукопашного боя. Необычно, но ничего сложного. В пустую голову можно залить что угодно если есть необходимость в этом. Но учти, что в другой раз ее вырубят первой, а то, что останется от тебя, допросят, не сомневайся.

И мне тебя даже не будет жалко, потому что ты идиот. Вещи от таких людей как твой приятель Моно от полиции утаивать опасно. Или, думаешь, я не знаю в каком дерьме он обычно полоскался, сохраняя при этом безупречно белый костюмчик.

– Боюсь, что не знаешь. Он был своим человеком в Хризантеме и общался там с такими типами, которые точно могут знать почему он вышел в окно, а не в дверь. Не удивлюсь, если ему с этим помогли.

Комиссар внимательно меня слушал. Потом отложил экутер и извлек из кармана пачку сигарет.

– То есть, ты предлагаешь вот прямо сейчас сделать две приятные вещи. Мне – открыть уже отправленное в архив дело о суициде очередного торчка и начать заново, а красотуле – окунуться в дерьмо по уши и как следует понырять там. Верно? – он затянулся и уставился на раскаленный кончик сигареты. – Хорошо. Как говоришь звали одного из этих ребят?

– Мо.