«Хроники» Алкаши

На следующей перемене после инцидента к Максиму подошли два крепыша-одноклассника и предложили дружить. Типа, сильные должны быть с сильными. Максим, к тому же, достаточно хорошо учился и был смышлёным пареньком. У него была возможность помогать другим с домашними заданиями и контрольными работами. «Крепыши» предложили сделку: помощь в учёбе в обмен на «крышу» – защиту от старшеклассников, гораздо более опасных, чем Пипа. И среди которых новые друзья Максима уже обладали определённым авторитетом и связями.

Со временем «крепыши» стали заниматься банальным рэкетом по всей параллели, взимая со сверсников своего рода дань: шариковые ручки, линейки, вкладыши от жевачки и кустарного производства фотки героев американских видеобоевиков… Максим вспомнил вдруг про линейки.

Гуттаперчевые шли на изготовление «дымовух», с помощью которых срывались уроки. А деревянные покрывались с обратной стороны причудливой вязью орнаментов и модными надписями, типа «Sharp» и «Panasonic», что превращало эти линейки в настоящие произведения искусства. Те же самые творческие акты осуществлялись и со стирательными резинками… Жизнь коротка, а искусство вечно. Даже дети тогда понимали это.

В общем, часть этой дани оседала в портфеле у Максима, как плата за помощь в учёбе. Вскоре Максим пришёл к мысли изготавливать деньги-векселя с собственной подписью для внутренних расчётов и создал рукописную сатирическую газету, где высмеивал своих оппонентов. Так постепенно он превратился в теневого лидера класса. Ещё немного, и он бы создал в школе свою экономику.

С блэкджеком и шлюхами. Помехой были только учителя.

Однажды у класса возник конфликт с учительницей по алгебре, и Максим решил воспользоваться моментом, чтобы упрочить свой авторитет. С помощью печатной машинки отца он составил коллективную жалобу в газету «Пионерская правда» с просьбой разобраться в ситуации. Письмо, подписанное всеми одноклассниками, было готово к отправке в редакцию. Никто не ожидал такого поворота событий, и в школе начался переполох.

Собрали «классный час», на котором директриса слёзно просила письмо не отправлять, а с учительницей обещала серьёзно поговорить. Судя по тому, что вскоре у класса появилась новая учительница алгебры, Максим понял, что теперь у него есть рычаги влияния не только на одноклассников…

Конец восьмидесятых и начало девяностых были временем дворовых группировок. Рыбинск, родной город Максима, был условно поделён «группировщиками» на районы, кварталы и дворы.