Сборник рассказов. Том 3

– А Вы, извините, кем работаете?

– Генеральный директор компании по производству колбасных изделий.

– О как! Генеральный… Директор… Никак не меньше. А почему это я так сильно удивляюсь! У нас много важных начальников в нашем профилактории проходят СПА процедуры. В Вашем деле не указана профессия. Вы вообще где-нибудь работали?

Яков опустил глаза вниз:

– Я понимаю, что тут не то место, где бы мне могли поверить… Можно на фото жены посмотреть?

– Если не порвёте.

– Обещаю.

Я протянул фотографию Якову.

– Синяк на пол щеки, а она даже не опухшая. Знаете, как мы в детстве синяки делали? Простым карандашом натирали листок бумаги, а затем этим листком тёрли по коже, где нужен был этот синяк. Вот примерно так и получалось. – сказал Яков и вернул фотографию: Вы сказали, что я пытался её убить… Чем интересно?

– В деле указан нож с вашими отпечатками.

– Тот, которым я перед ужином хлеб нарезал?

– Да Вы у нас детектив, батенька! Не знаю, не указано.

– Для Вас, конечно, это смешно. Директор, да и ещё детектив. Но если Вы спросите у моих работников обо мне, я уверен, что Вам расскажут абсолютно другое.

– Полиция уже опросила, кого положено.

– И Вам, конечно, проще меня запихнуть подальше, чем узнать правду?

– Я уверен, что всё прояснится. А пока не отказывайтесь от еды, которую Вам дают. Силы Вам ещё могут потребоваться.

Я вышел из палаты. Илья стоял у входа:

– Ну как?

– Очередной генеральный директор.

– Хорошо, что не министр или президент. – посмеялся тот.

Я закрыл свой ежедневник. Сегодня не удалось услышать от пациента хорошего рассказа. Всё же меня что-то настораживало. Он не был агрессивным или способным к нападению, как это было написано в деле. Надо будет его ещё понаблюдать. Я вошёл в кабинет заведующего.

– Где на Копыто бумага? – спросил тот.

– Я его хочу ещё понаблюдать.

– Чего его наблюдать! Разве не видно, что он псих?

– Да, какая-то фобия присутствует.

– Он на жену с ножом напал. Это разве не повод? Володя, меня полиция за яйца держит… Тебе что, сложно написать диагноз?

– Валентин Михайлович, я не буду пока писать. Эта ответственность на мне лежит. Два дня я его ещё понаблюдаю.

– Два! Не больше! – настоял Валентин Михайлович: Назначь ему лекарства успокаивающие какие-нибудь.