Вечна только тьма. Из пыли времен

Ни за что, кроме Призрачных гор, проявлявшихся сквозь туман, и неустанно напоминавших, как она оказалась здесь и куда стремится вернуться.

«Но от мести не откажусь!» – пронеслось в ее голове.

***

Эренгат – самый крупный город Гольхеймурина в Западном королевстве. Южнее, между ним и Призрачными горами, простерся Заповедный лес, где никто не селился.

Никто, кроме Саодира.

Кони неспешно переставляли копыта, и груженая телега мерно покачивалась, стуча колесами по лесной тропе. Вокруг постоянно что-то копошилось, шелестело, шебуршало.

Хлопали крылья, потрескивали ветки. Путники нисколько не смущали непуганых обитателей.

Солнце двигалось на полпути к зениту, когда Саодир с Литой въехали в Эренгат через восточные ворота.

В нос тут же ударили сотни запахов, из которых приятными девочка могла назвать лишь единицы – поморщилась. После чистого лесного воздуха, создавалось впечатление, что окатили из отхожего ведра. Казалось бы, в городе, куда верхом пускали ограниченный круг лиц, не должно пахнуть, как от немытого хряка.

И все же, стойкий аромат немытых тел едва не валил с ног.

От ворот, главная улица вела прямиком на рыночную площадь – при всем желании не заблудишься. Слева от рыночной площади показался постоялый двор. За ним виднелись высокие башни – храм ордена Нового Света, как объяснил Саодир (несколько презрительно, как показалось Лите). Крыши сверкали начищенным золотом, а острые шпили возвышались над всеми остальными строениями. Выше возносился только дворец короля, что, в отличие от храма, выглядел более сурово.

Впереди, сразу за площадью, приютилась таверна.

«Рудничный город», как назвал Саодир, занимался в основном добычей и поставкой железа. Западную Гряду – горы, что протянулись почти через весь Гольхеймурин с севера на юг, словно продолжение Стальных гор – сплошь изъели штольни, часть из которых уходили на такую глубину, что рабочие днями не видели света Эриана. А так как металл из восточного Кломарка практически в полном объеме скупался Регелстедом – столицей Империи Ориен, – Эренгат, фактически, «кормил» всех остальных.

Находились даже умельцы, что плавили местную руду с особыми добавками, и ковали сталь, почти не уступающую кломарской.

«Клостенхемская лучше», – со знанием дела заметила Лита, когда охотник только начал обучать ее кузнечному делу.

И как выяснилось, знала, о чем говорит.

Под чутким надзором девочки, помнящей все уроки отца, Саодир выковал два парных меча с изогнутыми вперед клинками.