В когтях безумия

Скоро он встанет на ноги, а еще раньше, может быть расскажет что-нибудь интересное, не часто у нас бывают гости.

Сестра бережно приподняла его голову, подложила под нее каких-то лохмотьев, чтобы он смог покушать и не подавиться. Она впервые принесла ему не какую-то болотную жижу, а полноценный завтрак или обед. С огромным удовольствием он проглатывал все, что ему предлагали, без разбора. То, что нас не убивает – делает на сильнее, и верно: с каждой новой ложкой к нему возвращались силы, а цвет его лица наливался жизнью, превращаясь из мертвецки бледного в нежно-розовый.

Жестом, точнее мычанием, он показал сестре, что с него достаточно, та вновь придала его телу строго горизонтальное положение, убрав лохмотья из-под головы, и унесла куда-то прочь почти пустые тарелки. Вскоре она вернулась, села поудобнее, замерла, безмолвно оглядывая его с ног до головы, и вскоре прервала гнетущее молчание.

– Мой отец сказал мне, чтобы я с тобой говорила, что-то рассказывала, он считает, что это поможет тебе быстрее вернуться в мир живых, – она замолчала, глядя куда-то поверх него.

– Не знаю, кто ты, кем был до кораблекрушения, твой ведь корабль потерпел крушение? Иначе откуда бы тебе оказаться на нашем острове…

Он моргнул.

– Отлично, тебе пока еще тяжело говорить, поэтому давай, если ты согласен, то моргай один раз, если нет – два. Договорились?

Он закатил глаза, но осознав, что она все равно не провалится под землю и что он обречен играть в эту игру до тех пор, пока к нему не вернутся силы, нехотя моргнул.

– Здорово! – воскликнула она. – Меня зовут Ласса, я, как ты уже понял, дочь Борка, это наш главный лекарь, он очень опытный, за свою жизнь выходил сотни таких, как ты, я даже и не мечтаю стать таким хорошим лекарем!

Он снова закатил глаза и трижды проклял всех богов и сверхъестественных сущностей за то, что они не позволили ему умереть там на берегу и быть съеденным чайками, крабами, дикими животными – да кем угодно, лишь бы не быть привязанным к больничной койке и не слушать разговоры этой… милой… очень даже красивой девушки.

Что ж, ладно, пускай говорит.

– … Ты слушаешь меня? Я тебе столько всего рассказала, а ты как будто не здесь.

Он быстро моргнул глазами и судорожно пытался вспомнить, о чем она говорила в последнюю минуту, но тщетно, он был слишком занят своим недовольством, но теперь он – весь внимание, тем более, что девушка была правда прекрасна, и в этот момент он осознал, что весьма падок на женщин.