Полудницы

На второй картинке на парня уставилось уродливое лицо с высоким лбом и темными глазницами. Белое легкое платье было порвано, худые плечи обтянуты серой кожей. Она стояла посреди ржаного поля и ждала. Не его ли?

Дэн поспешно выключил экран, отложил смартфон в сторону и закинул руки за голову.

Он лежал в темноте и думал о том, что это не так уж плохо, если к тебе приходит пышущая жаром красивая русая женщина с васильковыми глазами в белом полупрозрачном платье. Но тут же вспомнил вторую картинку, сильный ожог на ноге, поморщился и перевернулся на бок.

В комнате забыли проветрить. Душно. Он с головой закрылся простыней, спрятался от всего мира.

Ему казалось, что скоро произойдет что-то страшное, но одновременно радовала мысль о том, что, может быть, привычный уклад жизни от этого изменится.

Мысли начали путаться, перед глазами поплыли оранжевые круги…

…На него смотрели тысячи глаз. Сотни зрителей собрал на своих склонах Великий курган – курган Скачек. У подножья толпились попрошайки, хромые и собаки.

Между ними с криками носились дети. Солнце заливало широкую равнину, сплошь истоптанную конскими копытами.

У родника, бившего неподалеку, мельтешили черпальщики. Они наполняли глиняные сосуды с лямками, которые надевались на спину, после чего поднимались вверх по склону. Один продавец воды наклонял сосуд, а другой садился на колено, терпеливо ожидая, когда первый наполнит протянутые чаши. За воду платили фруктами и сыром, иногда бронзой.

Ближе к вершине кургана смуглые красивые женщины поблескивали золотыми браслетами и серьгами в ушах и носу.

Свет отражался от узорчатых копий воинов, от рукояток коротких обоюдоострых мечей, украшенных драгоценными камнями.

Бойцы стерегли на вершине Вождя.

Пахло навозом, уксусом и лошадьми. Наездники покрикивали на животных. Порой налетал ветер, сдувая знойный застоявшийся воздух и принося с собой запахи полевых трав и цветов. Гул тысячи голосов не смолкал ни на минуту.

Парень подошел к своему гнедому скакуну.

Лоснящиеся бока коня поблескивали на солнце и отливали медью. Ноздри с силой выдували воздух. Он покосился на хозяина, и с края глаза полумесяцем обозначился белок.

Парень не знал, почему выбрал этого коня и почему считал его своим. Он коснулся черной гривы, конь потоптался, разбрасывая песок копытами, и немного успокоился.

Звон тарелок и деревянных трещоток донесся со стороны кургана. Конь снова разволновался.