Триггер. Как далеко ты можешь зайти?

Однако Матвей не отставал.

– Так это… мне жить не на что, – сообщил он, идя рядом с Артемом. – И негде. Я тут подумал… Ведь вам помощник нужен? Ну, секретарь… А еще я в компьютерах шарю…

– Мне никто не нужен, – ответил Артем. – Пока.

И ушел один.

Однако оказалось, что от Матвея не так легко отделаться. Когда Артем, уже поздно вечером, вернулся в офис, то обнаружил Матвея, спящего на скамейке рядом со зданием. Артем растолкал парня и заявил:

– Нет, брат, так не пойдет. Ночевать здесь имею право только я.

– Мне идти некуда, – ответил Матвей.

– Ты мне на жалость не дави!

– Я не собирался. Просто это же вы меня на это… вроде как подтолкнули. Я это из-за вас все…

– Хочешь взрослой жизни? – спросил Артем.

– Хочу! Конечно! – ответил Матвей.

– Вот она, взрослая жизнь: никто тебе ничего не должен. Все, свинти отсюда! Не мозоль глаза. – И ушел в офис.

…Иван и Диана сидели у Ивана на кухне, пили коньяк. Диана так и не вытерла до конца тушь, которая растеклась у нее по лицу вместе со слезами.

– Знаешь, сколько раз я твоему брату изменяла? – спросила она.

– Ты не изменяла.

Диана грустно кивнула:

– А какие ко мне мужики подкатывали! Богатые, красивые… Даже один актер был. А я им всем кольцо показываю: «Извините! Я замужем!»

Она стащила кольцо с пальца, подошла к окну – и вышвырнула кольцо на улицу. Вернулась к столу, взяла бутылку. Однако Иван мягко удержал ее руку.

– Тебе хватит. И не переживай. Все образуется.

Он взял салфетку и начал любовно вытирать тушь с ее лица.

– Правильно! – сказала Диана. – Не буду плакать. Пусть он плачет!

И она поцеловала пальцы Ивана, а затем страстно поцеловала его в губы, начала расстегивать на нем одежду. Иван, побледневший от волнения, мягко отстранил ее от себя.

– Подожди… – начал он.

Однако она истолковала его медлительность по-своему.

– Понимаю, тебе больно! Ладно, я сама все сделаю…

Она опустилась перед ним на колени, расстегнула на нем брюки… Однако Иван решительно поднял ее.

– В чем дело? – спросила она. – Старая? Не нравлюсь?

– Нравишься! Очень! – заверил он. – Но это… это неправильно!

– Почему?

– Потому что я… я…

Он все никак не мог решиться сделать признание, которое жгло его много лет. И тут раздался громкий звонок в дверь, а затем яростный стук.

– Не открывай! – попросила Диана.

А из-за двери раздался голос Сергея:

– Открывай! Я знаю, ты там, гнида мелкая! Открывай!

Иван открыл дверь.