Сибантийский транзит

10

К тому, что сверху рухнет еще и тремпаро, Анджей оказался не готов. Его почти расплющило под дергающейся тушей. Счастье еще, что под кожей у кочевого скакуна оказался толстый слой жира, поэтому пресс получился чуть мягче, чем могло быть, но грудную клетку сдавило: ни вздохнуть, ни охнуть.

Где-то   внизу слабо шевелился кочевник, и к своему огромному удивлению, Анджей почувствовал, что стикинс ползет. И не просто ползет, а выползает, как угорь из-под навалившейся тяжести человека и животного!

– Вы что здесь затеяли, сукины дети?! – внезапно рявкнул где-то   над головой зычный голос.

 – Немедленно поднять скотину!

Стикинсы послушно бросились на помощь, уперлись плечами, поднатужились, в последний раз крутанув хоботом, тремпаро поднялся, и Анджей смог вздохнуть.

Несколько секунд он лежал и просто хватал ртом воздух, чувствуя, как ноют, но расправляются ребра. А потом перевернулся на спину, и у самого своего носа увидел трость светло-коричневого цвета, блестящую прозрачным лаком, но при этом разделенную на секции шириной примерно с ладонь.

А между секциями темнели узкие металлические перемычки. На какое-то   мгновение Анджей подумал, что трость сейчас качнется, оттуда выскочит лезвие, и воткнется в ямку между ключицами. Но ничего не случилось. Конец трости описал полукруг вокруг головы пленника и опустился на землю. Анджей перевел взгляд выше и увидел смуглое лицо с тонкими, аккуратно подстриженными усами, седую прядь над высоким лбом и ослепительно белую сорочку с широкими рукавами.

В следующую секунду незнакомец переступил через поверженного, раздвинув кочевников, наклонился над бесчувственным телом таншайва.

И тут воздух сотрясли самые изощренные ругательства! Хотя Анджей понимал только ту часть, что произносилась на космолингве, но и этого хватило бы, чтобы таншайв трижды облетел вокруг светила, сгорел в пламени водорода, а уцелевшее навек исчезло бы в черной дыре.

– Дон Альбарес! – прошамкала из толпы уже знакомая Анджею старушка. Это она была в курсе всех подробностей семейной жизни рода Долански.

 – Дон Альбарес, этот молодой человек вытоптал у меня всю клумбу! А ваш таншайв не расплатился за взятые булочки! Четыре булочки! Свежайшие!

– Черствые! – возразил немедленно очнувшийся от возмущения таншайв. – К тому же их было всего лишь три штуки!

Дон Альбарес замахнулся на него своей тростью, и так некстати выдавший себя лемур увернулся, перекатился набок, и вероятно улизнул, если бы не аркан.