Перекресток

 – Нам бы засветло до деревни добраться.

Егор с трудом, превозмогая боль в затёкших суставах, на ещё ватных ногах забрался на козлы рядом с Афанасием. Афанасий чуть понукнул коня, и тот, напрягшись, снова мерно зашагал по дороге, везя тяжело нагруженную кибитку и путников.

Дорога, по которой пролегал путь, была ровной, не разбитой и явно использовалась нечасто. Обочины поросли высокой травой, а сама колея местами была густо покрыта конотопкой. Конь шагал тяжело, неторопливо. Ехали молча. Афанасий ничего не говорил и не спрашивал, а Егор путался в своих мыслях и даже не пытался подобрать слов для разговора.

Солнце начало подниматься в зенит, когда поодаль в стороне показалась небольшая деревенька. Её низенькие хатки были разбросаны на холме, подножие которого заросло густым кустарником. От дороги, по которой ехали путники, к деревне вел небольшой отворот, заросший травой настолько, что Егор его не сразу и заметил.

Что-то странное было в этой деревушке. Казалось, что все жители собрались и разом ушли на работы на какое-то дальнее поле.

Но и это было не главное. Не видно было никакой скотины, не бегали по улице и не копошились в пыли куры. Не лаяли собаки. Абсолютная тишина, непривычная даже для жаркого деревенского дня, тяжело стояла над деревней. Даже птиц не было видно над деревней. Никого. Ни одной живой души. Муторно было на душе от этой давящей тишины, и хотелось как можно быстрее проехать мимо.

Как ни странно, но Афанасий, чуть дернув вожжи, направил повозку именно на отворот к этому мертвому месту.

Словно отвечая на немой вопрос Егора, Афанасий произнес:

– Коня напоить нужно. Да и самим отдохнуть не мешает.

– Да тут же нет никого! – попытался отговорить его Егор, но Афанасий словно бы и не обратил внимания на замечание Егора.

Напрягая последние силы, конь затащил повозку на пригорок и поплёлся по тихой пустынной улице. Он, как показалось Егору, точно знал конечную точку назначения и тащил свою ношу, не ожидая понуканий возницы.

Егор внимательно осматривал дома и дворы, низкие плетни вокруг которых слабо загораживали обзор. Совершенно не облупившиеся стены домов; открытые ставни окон; незапертые, но совершенно целые двери; стоящие прямо во дворах то тут, то там исправные телеги; аккуратно расставленный у стен нехитрый деревенский инвентарь – все это создавало впечатление, что жители только что спрятались от жары по своим небольшим хаткам или где-то заняты своими делами.