Куни

Толку им объяснять, что из такой маломощной пневматики по закону можно стрелять где угодно, главное, соблюдать технику безопасности?

Вот в чём действительно лучше обойтись без свидетелей, так это в наших дружеских беседах. Странное дело, когда мы вместе, то снова становимся детьми, которые некогда бегали по двору с грязными руками. Костя – инженер, тоже работник умственного труда, но наши разговоры в приватной обстановке едва ли достойны интеллигентов. Вроде бы оба повзрослели… Ну да ладно, с кем ещё я могу поговорить в такой манере?

– Как девка целишься, – квакнул Костя.

Шутит он не всегда остроумно, но это уже стало традицией подначивать друг друга во время стрельбы.

Зря старался, я не промазал.

– Про Алию Молдагулову слышал? – ещё одна банка тренькнула и покатилась в траву.

– Я такое и не выговорю…

Бам! На самом деле нет ничего сложного в том, чтобы попасть из винтовки по банке в десятке метров от тебя, но каждый раз чувствуешь себя героем боевика.

– Женщина-снайпер.

В свои восемнадцать фашистов десятками щёлкала. Вот попробуй, как она, прицелиться, – пояснил я.

– Вчера на Википедии прочитал, чтобы сегодня выпендриться? – язвил Костя.

– На выставке недавно пришлось побывать. У нас сейчас всё на одну тему в преддверии праздника…

– А ты ходил и только на азиатских баб смотрел, да?

– Бесит меня твой сексизм. Да и вообще сексизм бесит.

– Причем тут сексизм?

Винтовка негромко ухнула, известив о том, что пулек не осталось. Настала моя очередь расставлять сбитые банки.

– А почему сравнение с женщиной должно мне казаться унизительным? – решил пофилософствовать я. – Знаешь, если бы нас с детского сада учили, что женщина – это такой же человек, у которого несколько иначе устроены гениталии, то было бы всё по-другому. Зачем так чётко расставляют акценты – мужчины… женщины? Мальчиков с детства учат, что девочки – это такие инвалиды, которым «надо уступать», к которым надо быть снисходительными, а девочки, в свою очередь, учатся быть такими инвалидами.

Неправильно это.

– Ты это своим девушкам и рассказывай, они оценят, – только смеялся мой друг, наполняя обойму.

– А я и рассказываю! Есть у меня одна знакомая. На буровика учится. Я когда об этом узнал, говорю: «Круто! Редкая профессия!», а она так удивилась: «Вау! Ты первый, кто не сказал, что это не женское дело!». Я ей: «Извини, а что – скважины бурят членом?».

– И тут она тебе отдалась… – парировал Костя.