Принцесса и ассасин. Том 3

Хотя, чему выходить? Невнятному писку, на который она только и способна? Слуга Шилсы неспешно ведёт её прочь из подвала, отчего принцесса Саксонии радуется, уже позабыв про оставленную в камере одежду. Впрочем, носить эти ткани уже не представляется возможным – так они испачкались и свалялись. Не обращая внимания на необычность своей ситуации, ей хотелось почувствовать хоть что-то. Появилась надежда, что её не упекут обратно. По крайней мере, вырваться из пучины мрака на какое-то время было для неё подарком для души.

Придя в большую залу, Нина окидывает взглядом помещение и первым делом обнаруживает первого. На коленях перед троном Хозяйки. Со спины ей не видно его лица, что может быть в гримасе боли. Внешних признаков ранений также не наблюдалось, потому как он в своём балахоне. Помимо женщины, Ганза и Арселис, вдалеке от них стояли ещё несколько человек Шилсы и молча наблюдали за происходящим. Мавн подвёл пленницу ближе, ставя её параллельно первому. Боковым зрением Нина всё же высматривает настроение ассасина.

Он хладнокровен и никак не проявляет внутреннего состояния. Хозяйка замка, довольная, что принцессу наконец привели к ней, справляется о её моральном и физическом состоянии, хотя все прекрасно понимают, что она просто блефует и строит из себя «заботливую». Она поднимается с трона и подходит к принцессе совсем близко.

– Как себя чувствуете, принцесса? – наигранно лукаво спрашивает Шилса, однако, не касаясь её.

Нина проходится по ней снизу вверх, насколько позволяет шея.

Суть переговоров ей всегда была ясна. Сейчас она бы сказала всё, что угодно, ради обыкновенной речи.

– Устала, – словно не своим голосом начала Саксонская, – хочу пить и смыть пот.

– Не волнуйся. Скоро ты всё это сможешь сделать. А пока… – громче проговорила она и зашагала из одной стороны в другую, стуча каблуками, – остаётся ждать наших гостей, – поворачивается ко всем лицом, – из клана Огня.

Первый заметно напрягается. Глаза разбегаются, но ненадолго.

– Пока мы будем наращивать силы и хранить запасы человеческих ресурсов, первый станет официальным надзирателем принцессы Нины, – заключает Шилса.

Нина никак не реагирует. Единственная, кого бы она ни за что не хотела бы видеть, была Рамси. Остальные – пожалуйста.

– Также принцесса вольна выходить наружу, и у неё есть выбор: темница или любезно выделенные покои, – последние слова женщина проговорила ей прямо в лицо, по-прежнему не снимая ложной улыбки.