Принцесса и ассасин. Том 4

Когда Ганз прижал его к полу, надавливая на него ногой, человек затрясся, как осиновый лист, и умолял не убивать его.

– Я… я-я… – дрожащим голосом начал тот, – не мэр. Не мэр!

Напарники переглянулись между собой, не понимая, о чём он толкует.

– Он п-п-попросил меня… да, попросил, з-за-м-менить его.

– Что за чушь ты несёшь?! – возмутилась Арселис и ударила его ладонью в грудь (она сидела на корточках перед его лицом). Это было очень больно.

– У-у-у, – застонал тот. – Настоящий мэр… он сейчас в соседнем городе… у-у-у кх-х.

Ганзу надоела его болтовня. Он убрал с него ногу, опустился ниже и взял копну его волос в кулак, поднимая в воздух.

– Ты крупно пожалеешь, если решил немножечко соврать.

Ассасин отпустил его и направился к письменному столу. Пошарил в выдвижных ящиках.

– С-справа, – раздалось от мужчины.

Ганз бросил на него мимолётный взгляд и выдвинул последний ящик, где лежала бумага, на которой был вовсе не тот, с кем они имели дело. Парень прочёл её и бросил обратно, раздражённо цокнув.

– Что там? – спросила Арселис.

– Это не он, – повертел головой в раздумьях. – Уходим.

Выйдя на улицу, ассасин пошёл быстрым шагом. Воспитанница поспевала за ним, не задавая вопросов. Вот это была та атмосфера, к которой они оба привыкли. Всё вернулось на свои места. А Ганз тем временем держал у себя голове только одну мысль – он знал, к кому они сейчас направляются, ведь соседний город – это тот город, в котором он Арселис и подобрал. Эта догадка затмила все остальные его мысли, и палач города чудом остался в живых.

Ганз до самого конца не сбавлял скорость хода, а вынужденные остановки при пересечении границ двух городов выматывали его больше, чем сам путь. Арси было не привыкать. Она покорно следовала за возлюбленным. Парню не терпелось скорее посмотреть в глаза тому человеку, жизнь которого вскоре должна будет оборваться. Он предвкушал их встречу. Его заданию всё же суждено исполниться.

Ещё не настали сумерки, а ребята уже были тут.

Ганз помнил каждую улочку этого города, как будто был здесь только вчера. Спустя 9 лет здесь ничего не поменялось. Каждое здание, узкие проходы и даже мелкие трещины виделись ему такими родными, что хотелось кричать от возбуждения. Ноги сами несли его вперёд, а разум уже давно был вместе с тем человеком.

О, да, эту толстую стену Ганз запомнил навсегда. Здесь всё началось, здесь и закончится. Дойдя до дома мэра, парень вдруг остановился и подумал про напарницу.