Его банан

Как бы ни хотелось доказать Хэнку, что я классный профессионал, теперь я вообще сомневалась, что сумею раздобыть на Брюса Чамберсона мало-мальски завалящийся компромат. Я думала, самое сложное – попасть на стажировку (и была уверена, что уж с этим справлюсь без проблем), но похоже, своей вчерашней выходкой я здорово усложнила себе жизнь.

Хуже всего то, что всякий раз, когда Чамберсон упоминал в разговоре «свой банан», я еле сдерживала дурацкий смешок. Глупости какие-то!.. Этот мужчина выглядит точь-в-точь как модель с обложки глянца, только вместо крови у него ледяная вода.

Вечно хмурится, а глаза прищурены так, будто он намерен испепелить тебя одним взглядом. Когда Чамберсон вошел в комнату отдыха, у меня подкосились колени. Нет, я, конечно, как полагается, собрала о нем информацию заранее, но фотографии в интернете не передавали всей полноты картины. Брюс был очень высоким, причем в идеальном понимании этого слова. Не долговязый качок вроде баскетболиста, а пропорционально сложенный атлет. Довольно мускулистый, судя по тому, как бугрились мышцы под прекрасно сшитым костюмом.

Поговаривают, что его брат выглядит еще шикарнее, хотя, на мой взгляд, это маловероятно, ведь они близнецы. Впрочем, на Уильяма Чамберсона компромат нам не нужен, нужен только на Брюса. Уильям станет мостиком, по которому я доберусь до брата.

А вот Брюс… С этого моста мне, боюсь, уходить уже не захочется, в какие бы опасные дебри он меня ни завел, пусть даже навстречу собственной гибели.

Как же он хорош… Господи боже мой! Если бы Брюс не пытался просверлить во мне взглядом дыру, я бы, наверное, растеклась лужицей у его ног. Лишь сущим чудом, на одном инстинкте самосохранения я удержалась от глупостей и даже выдала пару реплик в ответ. Слишком уж резко у Брюса был очерчен подбородок, синие глаза жгли точно угли, а губы, как по мне, были чересчур соблазнительными, чтобы так сурово их поджимать.

В общем, выглядел он как злобный робот. Поправочка: злобный секс-робот. Из числа тех моделей, которые смотрятся так круто, что плевать, о чем они там жужжат и пиликают.

Я испустила долгий, полный драматизма вздох, смыла с волос остатки бальзама и принялась их сушить. Сегодня опаздывать нельзя. Это мой первый день в «Галеон интерпрайз», а человек вроде Брюса Чамберсона, по-видимому, промахов и опозданий не прощает.