Испорченный

Я затаила дыхание, наблюдая, как он взобрался наверх, встал позади меня, ухватился руками за своды оконного проема слева и справа от моей талии, а своими черными ботинками уперся в основание арки.

Что Майкл задумал?

Жар, исходивший от его тела, словно опалил мою спину. Я осмелилась обернуться. Он смотрел через разбитый церковный витраж и видел то, что видела я.

– Если ты хочешь, чтобы я ушла… – сумела выдавить я, сглотнув ком, застрявший в горле.

– Разве я сказал, что хочу этого?

Захлопнув рот, я заметила, как его пальцы крепче сжались вокруг бутылки пива «Кирин», которую он держал в руке.

У Майкла были большие руки, как и у большинства баскетболистов, но при его огромном росте они смотрелись органично. Он возвышался надо мной почти на тридцать сантиметров. Я надеялась, что Майкл уже перестал расти. Мне и так приходилось задирать голову, чтобы увидеть его лицо.

На секунду я закрыла глаза, отчаянно желая просто откинуться назад и расслабленно прильнуть к нему, но сдержалась.

Вместо этого я впилась ногтями в камень, силой заставив себя смотреть только вперед, и стала наблюдать за Каем, повалившим другого парня на землю. Они оба боролись на цементном полу, словно в боях без правил.

Майкл поднес пиво к губам. Похоже, он поднял маску, потому что я услышала сделанный им глоток. Однако потом мои брови взметнулись вверх, когда я увидела бутылку, появившуюся перед моей грудью.

По-прежнему одурманенная его близостью, я не сразу приняла ее. Пряча улыбку, тоже сделала глоток.

Удерживая горлышко между губами, позволила горькой жидкости обжечь мой язык, затем проглотила. Когда я попыталась отдать бутылку обратно, Майкл сделал отрицательный жест. Я расслабилась, сделав еще несколько глотков, довольная тем, что он меня не прогнал. Пока.

– Эта дверь ведет в катакомбы, верно? – спросила я, показав на группку ребят, которые направлялись к темному дверному проему позади алтаря.

Прижав бутылку к груди, я обернулась к Майклу.

Тот кивнул.

Развернувшись обратно, я проследила за тем, как два парня и две девушки скрылись из виду.

– Что они там делают?

– Участвуют в иного рода забавах.

Я сжала челюсти. Меня раздражали его краткие, загадочные ответы. Я хотела войти внутрь.

Однако затем услышала, как Майкл тихо хохотнул, и почувствовала прикосновение его маски к моему уху, когда он прошептал низким голосом:

– Никто тебя не знает, да?

Я сдвинула брови, не понимая, что он имел в виду.