Сумрак

– Откройте последнюю главу, пожалуйста, – попросил Таунсенд. – И достаньте пакет заданий.

Синяк начал болезненно пульсировать. Вдруг стало трудно дышать.

Ты можешь получить все, что захочешь, неужели не понимаешь? Я любого растерзаю за тебя.

Мой подбородок задрожал. Нужно выбраться отсюда.

Иногда насилие воспринимается как любовь…

Покачав головой, я собрала вещи, встала, перебросила ручку сумки через плечо и стремительно двинулась по проходу к двери.

– Куда вы?

– Дочитаю книгу и закончу структурный анализ в библиотеке, – сказала я, обернувшись, и, сморгнув зависшие на ресницах слезы, пошла дальше.

– Эмери Скотт, – окликнул учитель.

– Или можете сами объяснить моему брату, почему мои экзаменационные оценки будут дерьмовыми, – развернувшись и сердито смотря на него, я сделала несколько шагов спиной вперед. – Ведь девяносто восемь процентов времени на этом уроке отводится им. – Я указала на Всадников. – Отправьте мне сообщение, если дадите дополнительные задания.

Открыв дверь, я услышала перешептывания одноклассников за спиной.

– Эмери Скотт, – рявкнул мистер Таунсенд.

Я оглянулась.

– Вы знаете, что делать, – сказал он, протягивая розовый бланк с извещением о наказании.

Вернувшись назад, выхватила бумажку из его рук.

– По крайней мере, хоть какую-то работу выполню, – заметила я.

В кабинете директора или в библиотеке, без разницы.

Когда я вышла из кабинета, не удержалась и бросила взгляд на Уилла Грэйсона.

Он лениво развалился на стуле, подпер подбородок рукой, пряча улыбку за пальцами, и не переставал смотреть на меня, пока я не скрылась из виду.

* * *

Понурив голову, я свернула с тротуара к своему дому. В нескольких шагах от крыльца начала медленно моргать, мысленно уносясь к кронам деревьев. Вечерний ветер шелестел листвой. Мне нравился этот звук.

Ветер как будто что-то предвещал. Что-то хорошее.

Открыв глаза, я поднялась по ступенькам. Патрульной машины брата не оказалось на подъездной дорожке. Жар в животе слегка утих, мышцы чуть расслабились.

У меня было немного времени.

Какой паршивый день. Ланч я пропустила, вместо этого спрятавшись в библиотеке. После уроков с трудом выдержала репетицию оркестра. Не хотела туда идти, но и домой возвращаться тоже не спешила. Желудок свело от голода, зато это отвлекло от болей во всем теле.

Я оглянулась на тихую улицу, усаженную кленами, дубами и каштанами, которые окрасились оттенками оранжевого, желтого, красного.