Дар богов

– Мы откроемся ливню копий, и если нам будет суждено погибнуть, значит, так тому и быть, – сказал он с пафосом.

Старейшины слушали его с сомнением во взоре. Согласятся ли своены на перемирие? Но раз и так смерть на пороге, стоит попробовать.

На заре, умытой росою, объявили общий сбор жителей города. Старейшины сдержали слово. Измученные горожане, услышав о возможном снятии осады, приободрились.

– Идем к свирепым своенам речь держать и выкуп им предложить. Жизни свои не жалеем ради жизни племени, – вещал Раганас.

Он был превосходным оратором, и если бы не мелочность натуры и жадность души, он смог бы стать предводителем.

Жители провожали их как героев. Все знали, как жестоки и несговорчивы захватчики, они запросто могут зарубить парламентариев. Тут поднялся молодой воин Марис, сын авгура.

– Я с вами пойду, – сказал он полным решимости голосом.

Заговорщики переглянулись – такого поворота они не предполагали.

– Ты храбрый воин, но слишком молод, чтобы умирать, а мы уже свое отжили.

– Не пристало мне прятаться за чужими спинами. Умереть за свой народ – большая честь для меня.

Черноризцы собирались было отослать юношу, но горожане встали на его сторону.

– Слава! – зашумела толпа. – Слава отважному Марису!

Тут поднялся старый воин из племени ливнов, примкнувший к куршам при наступлении своенов. Он был последним воином, носившим щит Золотого Солнца. Толпа замолчала, чтобы выслушать почтенного горожанина.

– Отрадно видеть храбрость молодого поколения.

Боги не дали мне сыновей, родились лишь дочери. Сам я уж слаб, не могу держать в руках оружие. Я вижу, ты, Марис, достоин носить звание рыцаря Золотого Солнца. Я готов сейчас же передать тебе щит нашего доблестного рода. Отважный юноша, подойди ко мне. Возьми этот щит, теперь он по праву принадлежит тебе. – С этими словами старый воин поднял своими жилистыми руками тяжелый золотой щит и передал его Марису.

– Благодарю тебя, почтеннейший воин.

Обещаю тебе и всем вам, мои соплеменники, носить его с честью.

– Слава Марису! Слава рыцарю Золотого Солнца! – начала скандировать толпа, чествуя нового рыцаря. – Слава! Слава!

Тем временем в лагере врага царило уныние. Бравада, с которой они шли вперед, опустошая земли куршей, растаяла вместе с силами и провиантом. Своены малодушно помышляли лишь о том, как вернуться назад: «Здесь нам не будет удачи, а корабли наши далеко».