Драгоценности Жозефины

Долго ждать этого момента не пришлось – Женя проскользнул в подъезд вслед за подошедшей женщиной с пакетами. Шустрый лифт, площадка с шестью квартирами, нужная сто тридцать шестая – в самом углу. Глазыркин надавил на звонок, прислушался. В этой лотерее ему опять не повезло – дверь никто не открыл. С досады стукнув по двери кулаком, Женя пошлепал на общий балкон, чтобы ждать.

Соседи, проходя мимо, недобро косились, но ничего не говорили. Женя знал, что спрашивать у них, видели ли они кого-нибудь из квартиры сто тридцать шесть, бесполезно – здесь живет каждый сам по себе.

Даже у них в Великих Луках люди стараются обособиться, что уж говорить о мегаполисе.

Он два раза оставлял свой пост, чтобы пройтись до магазина, возвращался, звонил в дверь и по телефону, но тщетно – день выдался не его. В один из приходов к Роману Евгению почти удалось поймать удачу за хвост. Выйдя из лифта, он услышал стук каблуков, из того самого крыла, где находилась сто тридцать шестая квартира. Наконец-то там появились признаки жизни! – обрадовался юноша.

Он рванул вперед, чуть не сбив нарядно одетую блондинку. Блондинка фыркнула и уехала вниз, а Глазыркин принялся тарабанить в запертую дверь квартиры Романа. Но, увы, ему опять не открыли.

Припозднившийся карамельный закат, ускользающее солнце, светлое небо в редких перистых облаках – дивная белая ночь окутала город невесомой вуалью. Время поэтов, романтиков и влюбленных. На набережных Невы собираются парочки, чтобы ворковать, глядя на зеленоватую воду, и ждать, когда сведут мосты.

Некоторые гуляют по паркам, сидят на скамеечках или бесцельно бродят по городу. Евгений Глазыркин влюблен не был, к поэзии относился прохладно и романтиком себя не считал. Тем не менее ночь ему пришлось коротать на улице. На пустыре около карьеров горели костерки засидевшихся компаний. Тянуло дразнящим запахом шашлыка и приторно-медовым ароматом буйно разросшихся сорняковых цветов. Женя одиноко послонялся по берегу карьера, нашел себе укромный уголок в высокой траве и незаметно для себя уснул.

Утро выдалось прохладным, с бисером росы на сочной траве и ярким солнцем на безоблачном небе. Поежившись от озноба, Женя не сразу понял, где находится. Когда сообразил и обнаружил под боком сумку, несказанно обрадовался. А ведь его запросто могли обобрать, если бы увидели его здесь спящим.

Уже без всякой надежды Женя набрал номер Романа, услышав все то же: «Абонент недоступен», добрел до его квартиры, позвонил, постучал и ушел прочь.