Медальон сюрреалиста

Кое-кто знает, как он к тебе попал, и по этому поводу хочет с тобой поговорить.

– Перехочет! У тебя все?

– Как же… он ведь все знает! – растерялась Лена, ее боевой пыл сразу угас.

– Ну и что?

– А то! Ты же не хочешь, чтобы он все рассказал Меньшикову?

– Пусть рассказывает! – разозлилась Арина.

– Ну и дура! Хозяин тебя сразу же за дверь выставит. Ты потом так же классно никогда не устроишься! Медальона у тебя теперь нет, ты его мне отдала, а подарки – назад не отдарки! Так что, Ариночка, такая везуха тебе больше не обломится.

Будешь всю жизнь в офисе тухнуть или, как я, тряпкой чужую пыль гонять.

– А тебе какая печаль?

– Я помочь тебе хочу, – голос Земскули потеплел. – Хорошая ты, Аринка, хоть и дура упертая. И не жадная – медальоном поделилась. Он теперь мне послужит, я тоже нехило устроюсь. Ты бы сходила на встречу, а? Что тебе стоит? Этот человек много не попросит. Договоритесь, и все будет о’кей.

– Что за человек и почему ты за него так хлопочешь?

– Этого я сказать не могу, – помялась Земскуля.

 – Я обещала не называть его имени. Я правда пообещала! Не бойся, он не маньяк какой-нибудь. В общем, решай сама. Меня просили передать – я передала. Но если ты не придешь завтра на условленное место, он обидится, и тогда – берегись! У него и так на тебя зуб заточен.

– Чушь какая! И перестань меня называть идиотскими цыганскими именами! Мы, кажется, договорились.

– Мы-то договорились, я-то перестану, а тот человек…

Лена замолчала. Из холла, как большая красивая каравелла, выплыла старшая горничная Светлана Ивановна.

Она любила быть в курсе событий, и как акула чувствует кровь, старшая горничная за версту чуяла чужие секреты. Арину она недолюбливала и не признавала в ней хозяйку.

– Добрый вечер, девушки! – ласково улыбнулась она, поставив на один уровень невесту Аркадия с прислугой.

– Здравствуйте, Светлана Ивановна!

– О своем, о девичьем, щебечете?

– Ага, – кивнула Лена.

– Все верно, все верно, один круг – одни интересы.

Пойду, не буду мешать.

Беседа сама собой завершилась, девушки разошлись каждая по своим делам. Но Елена не отставала, через час она подкараулила Арину в саду, у фонтана. Это было наиболее удачное место для переговоров. В доме всюду глаза и уши, во дворе – тоже, лишь фонтан заглушал разговор, а кустарник немного скрывал от наблюдения. Но неподалеку маячил дворецкий. Он был немного глуховат и в отличие от старшей горничной вел себя деликатно.