Сапфиры Айседоры Дункан

Я потом сказала Оксане, что непорядочно людей обирать, ведь для кого-то ворожба – последняя надежда. В критической ситуации, когда с близкими случается беда, даже вполне разумный человек поверит во что угодно и отдаст все свои сбережения. Надежда – она ведь дорогого стоит. Оксана и слушать не стала, сказала, чтобы я не лезла к ней со своей порядочностью. Это еще одна причина, по которой мы не общались.

Оксана играла в звезду. То есть позиционировалась как известная личность. Я не понимала, верила ли она сама в свою звездность или нет.

Но, судя по записям в ее дневнике, патология налицо.

– Прохоренко вела дневник?

– Да, сетевой журнал. Общедоступный, между прочим. Я в чужих личных записях не копаюсь, но этот для того и велся, чтобы его читали все.

Чем дольше Костров слушал Настю, тем больше ей симпатизировал. Ему и самому неприятны мошенники, которые всевозможными способами выманивают у людей деньги. Самый важный вопрос Миша решил оставить напоследок, и вот теперь настала пора его задать.

– Скажите, Настя, вы что-нибудь знаете про перстень с сапфирами, который был у Оксаны?

– Перстень? – она удивленно посмотрела на оперативника своими пронзительными глазами.

– Вот этот, – достал он фото Оксаны, где она была в образе неземной женщины со свечами и с перстнем.

– Самого перстня я не видела, только на фотографиях. На ее сайте много таких.

– Те люди, которые посещали ее курсы, утверждают, что видели его на пальце Оксаны. Она специально его надевала, поскольку, по ее словам, он наделен магической силой.

Это фамильная драгоценность королевской семьи, к которой принадлежала и Оксана, поэтому и получила ее в наследство. Она вам что-нибудь рассказывала о своем благородном происхождении и о наследстве?

– О наследстве не рассказывала. А происхождение у нее самое обычное. Мамаша ее – хабалка деревенская, которую королевой никак не назовешь. Отец был вроде интеллигентным, тот, наверное, мог бы иметь дворянские корни. Но я его никогда не видела, потому как он умер давно.

Отчима я знала, но мы с ним не общались, поэтому про него ничего сказать не могу. Вообще же Оксана была мастерицей выдумывать всякие истории, чтобы пустить пыль в глаза.

Мише не хотелось покидать просто обставленный, но такой приятный дом Насти. При всей суровости было в этой девушке нечто располагающее, тонкое, неуловимое, что делает общение желанным. Она рассказала все, что могла, поэтому причин для новых встреч не было. И это Михаила огорчало.