Правда или борода

– Что это за костюм, Джессика? Ты что, волшебник? – Бо улыбнулся уголком рта, но голос его стал глубже и бархатистее, когда он прибавил: – Мне нравится.

Обертоны в сочетании со смыслом сказанного вдруг придали иное направление моей крови, и это ничего общего не имело с тем, что я раньше ощущала в присутствии Бо. Это не был слабоумный восторг перед героем моего детства.

Это чувство было… зрелым.

От удивления я сильнее схватилась за Клэр.

– Она сексуальный Гэндальф. Собиралась быть сексуальной пчелкой, но в магазине закончились костюмы насекомых-опылителей.

Бо засмеялся – этот звук, по неизвестным причинам, отозвался в моем животе, – Бо потянулся к белой бороде, взял в руки синтетическую растительность, которая прикрывала не менее синтетическое и не подобающее волшебнику декольтированное платье.

– Борода, бесспорно, придает образу изюминку… – Бо чуть подергал за нее и подмигнул.

Разумеется, моей реакцией было молча пялиться на кумира: улыбка, плюс подмигивание, плюс легкое прикосновение равнялось мгновенной смерти от смущения.

Вместо того чтобы справиться с детской влюбленностью, я невольно усугубила свое обожание, прибавив к нему новые и очень взрослые чувства. Каким-то нетипичным краем сознания я задумалась, а не начать ли носить белую длинную бороду каждый день.

– Эй, если ты дернул ее за бороду, она имеет право подергать за твою, – поддразнила Клэр.

Улыбка Бо стала шире, он подался вперед, вторгнувшись в мое личное пространство, веки немного опустились, и будто светящиеся голубые глаза уставились на меня:

– Давай, Джессика, дергай.

Он произнес мое имя, как некую тайну. От слов и близости Бо у меня перехватило дыхание.

Я чувствовала его запах, и это заставляло меня хотеть… хотеть… Даже не знаю чего. Раньше у меня были бойфренды, и они мне нравились, но неожиданный прилив грязных мыслей застал меня врасплох, и меня захлестнула горячая волна смятения и паники.

В глазах Бо мелькнула искорка, которая быстро превратилась в пламя, будто он прочел мои мысли.

И снова обжигающий прилив чего-то отнюдь не отстраненно-восхищенного заставил сжаться все внутри. Моя женская реакция на его мужественность была просто необъяснимой!

Хотя отчего же, если задуматься…

Уинстоны были очень хороши собой. Я обратила внимание, как двигается Бо, как футболка обтягивает мышцы, а рукава едва не трещат на бицепсах.

– Жаль твою маму, сынок. Соболезную.

Голос справа от меня (и слева от Бо) заставил нас отвлечься друг от друга.