И была ночь, и длилась она вечность

Самый настоящий ходячий мертвец, который восстал и теперь жаждет мести.

Джон впервые в жизни услышал, как бьется его собственное сердце, оно билось с такой скоростью, что, казалось бы, вот-вот выпрыгнет наружу. Единственное что в тот момент мог испытывать Джон, так это только страх и ужас. Эти чувства были такими сильными, что Джон позабыл не только половину своей жизни, но и собственное имя.

Мертвец безмолвно приоткрыл рот, и натянул непринужденную улыбку. Его зубы были гнилыми и черными, они наводили на Джона еще больший страх и невыносимое отвращение.

Он уже приготовился распрощаться с жизнью со слезами на глазах, как вдруг мертвый король медленно развернулся и скрылся где-то в темных тоннелях, как будто дав Джону понять, что он оставляет его в живых.

Джон не стал размышлять о его странном поведении, он тут же словно пулей подлетел к трупу Тайрона, и, вынув кинжал начал стремительно срезать мешочек с его пояса. Руки Джона не переставая тряслись, от страха он даже не мог четко приставить кинжал к веревке, в его голове постоянно крутились мысли о том, что сейчас в этой пещере рыщет целое полчище восставших мертвецов, и пока он тут возится, кто-нибудь из них точно попробует его на зубок.

Но оставлять камень здесь было нельзя, Джону было ясно, что мертвецы восстали по его вине, Джон в страхе наконец-то срезал чертов мешок, но сам того не заметил, как во время всей этой не управляемой паники, случайно прорезал на самом его дне небольшую дырочку. Откуда собственно и вывалился маленький осколок озлобленной демонской души. Но даже этого осколка было достаточно, чтобы мертвецы как ни в чем не бывало, восставали и бродили по погребальной пещере.

Он отдернул мешочек, поднял с пола факел, и тут же, что есть силы, рванул к выходу. Джон преодолел долгий подъем, где к счастью ни одного мертвеца ему не встретилось. Но, когда он уже бежал по темным тоннелям, взгляд его все время бросался, то к одному проломленному гробу, то, к другому.

Отовсюду на него таращились ходячие трупы, причем вели они себя, достаточно цивилизованно. У некоторых из них, в руках были мечи, секиры, и ржавые топоры с которыми их когда-то хранили. У многих торчали кости, висели куски мяса, а у меньшей половины, кожа вообще была непонятного темно-коричневого или светло-синего оттенка. В общем, та еще жуть.

Джону уже было трудно бежать, он так устал, что при каждом вздохе его легкие разрывались от боли.