Юнга на корабле корсара. В стране чудес

Поэтому я отвезу тебя к матери, и мы приведем наше намерение в исполнение тогда, когда наступит более благоприятное время. Думаю, что это будет скоро.

Он не мог более продолжать, волнение его становилось необычайно сильным. Две крупные слезы выкатились из глаз ребенка.

– О чем ты плачешь? – спросил маркиз.

Виль отвечал, едва сдерживая рыдание:

– Я вижу, что вы не хотите взять меня с собой. Если вы меня отвезете обратно к маме, то это значит, что вы уедете один и опять поступите на службу к Сюркуфу.

Однако вы обещали взять меня с собой…

– Мой милый мальчик, – нежно возразил маркиз, – ты достаточно умен для того, чтобы понять, что я не могу впутывать тебя в свои приключения. Что возможно для мужчины, то невозможно для ребенка. Я вовсе не хочу быть причиной твоего несчастья.

– Знаете, – сказал ребенок, – я угадал ваше намерение. И в свою очередь заявляю вам, что я вовсе не хочу вернуться домой. Теперь мама уже принесла жертву, которая ей стоила так дорого. Я сгорю от стыда, если должен буду заявить Анне, что уступил вашим предложениям вернуться обратно домой и не выдержал первого испытания.

Если же вы меня силой отвезете домой, то я убегу оттуда и сделаю один то, чего вы не хотели сделать для меня.

В чертах лица мальчика выразилась такая решимость, что Клавалльян не мог сдержать улыбки. Он дружески похлопал мальчика по плечу и сказал:

– Действительно, это твое призвание. Вооружайся мужеством и будь готов к пути по моему первому знаку. Нелегко будет выйти из-под надзора англичан! Но Индия велика, а за неимением судна мы найдем, быть может, малабарскую рыбачью лодку.

Глаза Виля заблестели, и он воскликнул:

– О! Подайте скорее этот знак! Я горю нетерпением показать вам, что у меня довольно мужества.

– Хорошо, мой мальчик, – заметил маркиз, – я нисколько в этом не сомневаюсь и скоро предоставлю тебе возможность доказать мужество.

Начиная с этого дня у молодого человека и у ребенка не возникало больше недоразумений – все стало ясным…

В то время как Жак обдумывал свой план, Вильгельм с другими десятью моряками, также посвященными в это дело, брали уроки гимнастики и мореплавания.

Сильное желание быть моряком способствовало учению мальчика – он учился всему очень быстро. За несколько дней Виль выучился отлично плавать даже среди самых сильных волн, влезать на деревья, делать узлы, владеть веслами, как самый опытный студент морской школы Оксфорда или Кембриджа.