Дневники пропавшей девушки

Ну так что, полетаем? – её улыбка напомнила мне клоуна Пеннивайза[17 - Клоун Пеннивайз – главный антагонист романа Стивена Кинга «Оно».], заманчиво предлагающего шарик со словами «Мы все здесь летаем».

– Вон там сидит Кетон, – указал я на друга, сидящего вразвалочку прямо напротив преподавательницы, – не хочешь ему предложить полетать?

– С Кетоном мне всё понятно. Он – типичный нарцисс, я не собираюсь быть очередной «одноночкой», которая только потешит его самолюбие.

– Кажется, ещё вчера тебе хотелось просто убить время.

– Ну а потом мне стало интересно, стану ли я камнем преткновения для двух лучших друзей.

– Что? – Засмеялся я. – С чего ты решила, что нравишься мне?

– Еще нет, но скоро так и будет.

Она заманчиво потрясла пакетиком перед моим носом и выскользнула из аудитории. Я посмотрел на Кетона, который ровным счётом забыл про меня. Взвесил всё, и понял, что ничего плохого не совершу, если немного развлекусь с девушкой, которая больше, чем на одну ночь, всё равно не заинтересовала бы друга.

Вслед за Аной, я выскользнул из аудитории, но в холле никого не было. Я пожал плечами. Раз уж всё равно ушёл с лекции, пойду в машину.

9

Но, уже подходя к парковке, я увидел девушку, восседавшую на капоте. Только я хотел ей сказать, чтобы она слезала, как она по-детски наивно захлопала глазами:

– Ну так что, ты её трахнул прямо здесь?

– Если ты про капот, то да. А если про парковку, то нет.

– Отлично, считай, я всё представила. Уверена, ей понравилось.

Ана легко соскочила и распахнула дверцу, как только я снял блокировку.

Она вела себя довольно-таки вызывающе. Я сел на водительское сидение и завёл машину. Повернувшись к ней, я посмотрел на неё вопросительно. Может, она хочет закинуться таблетками прямо на территории колледжа, чтобы меня быстрее выперли? На ней была чёрная открытая майка, и только сейчас я разглядел на её левой руке внушительную татуировку: ветка с чёрными бутонами орхидей.

– Увлекалась в своё время флористикой?

– Скорее тату-мастером.

Хорошие были времена, – в ностальгии она закатила глаза.

Солнце било в окна, салон изрядно нагрелся, я опустил стёкла. Но взгляд то и дело возвращался к девушке, она продолжала с закрытыми глазами сидеть, откинув голову назад:

– Точнее у нас была любовь с его тату-машинкой, я могла испытать оргазм от одного только её прикосновения к моей коже.

Я оглядел её, силясь найти намёк хотя бы на ещё одну татуировку. Но в остальном её тело было закрыто.