Небесная канцелярия слушает. Часть I

Игра в кошки-мышки продолжалась весь вечер, под конец которого у кота предательски урчал живот, а мышка наглым образом уцелела и демонстрировала всем своим видом непоколебимость перед лицом врага.

Когда мероприятие подошло к концу, а вместе с ним и трогательная сцена прощания до следующего раза. Саша с еще не отошедшей от потрясения Никой сели в машину и отправились домой.

– Саш, что за фигня? Он же отталкивает одним своим видом.

– Заметила, да?

– Еще как. Ничего более ужасного в жизни не встречала.

– На самом деле он хороший, но почему-то я его боюсь, а может, и не его, а последствий.

Все-таки есть вещи, сделав которые, мы не в силах потом что-то изменить.

Лирические рассуждения Саши прервало сообщение, отправителем которого значился Миша.

– Напиши мне, как доедешь до дома. У меня в багажнике шампанское, и мы можем продолжить вечер уже вдвоем и без лишних людей, – он достал притомившийся в ожидании козырь, буквально из рукава.

– Миша, спасибо за предложение, но меня дома ждет муж.

Он уже звонил, – железно работающий аргумент вновь был активно задействован.

– Да, пожалуй, пришло время отказаться от тренировок с персональным тренером. Это становится слишком опасно, – сказала Саша уже подруге.

Иногда мы думаем правильно, не менее правильно говорим и соглашаемся с доводами разума. Но чтобы послушаться его, нужна воля, а она остается глуха и пребывает в неведении от того, что сердце зовет нас совсем в другую сторону. Заигравшись, Саша продолжала верить, что когда потребуется, она дернет красный рычаг стоп-крана и остановится.

Глава 2

Перемена мест слагаемых

Бежать нельзя остаться

Не ставь точку там, где сердце ставит запятую.

    Мария Рокс

В Александре разыгралась битва, состоящая из калейдоскопа чувств и эмоций. Вроде обуздаешь страх, присмиришь любопытство, перейдешь к усмирению азарта, а какое-то неведомое нечто пробежит между ними и порывом густого ветра развеет смирение, покой и вновь оживит страх. Больше всего Саша боялась дать этому нечто имя, она знала, что таковое у него имелось.

Назвать чувства чувствами и покориться им для нее было не просто. Все равно как если ей, Александре, двадцати шести лет, признать, что она космонавт, согласиться с этим и выйти в открытый космос. Выйти из зоны некомфортного комфорта, где стоят твоими руками созданные воздушные замки, в небе парят жар-птицы с неописуемой красоты хвостами, а розовые пони чихают розами и гуляют по радуге.