Зеркало наших печалей

Такой вот характер был у человека, рассматривавшего жизнь как живорыбный садок, неистощимый источник всех афер.

Начинал он карьеру как игрок в бонто[14 - Бонто – карточная игра: нужно угадать, где находится одна из трех перевернутых карт, что-то вроде «трех листиков».]. Но если ему попадался ящик, три стаканчика, орешек, сухой боб или камешек – годилось все, – он тут же затевал игру «в три скорлупки»[15 - «Игра в три стаканчика», или «Наперстки», – игрок должен угадать в каком из стаканов или наперстков спрятан шар.

Изначально она называлась «игра в три скорлупки», поскольку горошину перекатывали и прятали, используя скорлупки грецкого ореха.]. Ландрад мог втянуть в нее кого угодно, внушив человеку непреодолимое желание указать на карту или выбрать «выигрышный» стаканчик. Скука и безделье вовлекали в организуемые им забавы все больше азартных любителей. Его знали даже в частях, расквартированных вне стен форта, хотя там недолюбливали солдат из Майенберга, считая их «белой костью». Ловкость рук главного капрала завораживала всех, снизу доверху, а в бонто и скорлупки он играл на такие смешные суммы – монета-другая, – что проигравшие улыбались и продолжали делать ставки, а Ландрад зашибал за день до трехсот франков. Все оставшееся время он делал дела с управляющими ближайших ресторанов и кафе и с некоторыми унтер-офицерами интендантства и официантами из офицерской столовой. А еще ухлестывал за девушками. Кое-кто считал, что у капрала подруга в городе, другие уверяли, что он не вылезает из борделя. Как бы там ни было, Рауль всегда возвращался с широкой улыбкой на устах, и никто не знал, с чего он так веселится.

Ландрад часто продавал свои дежурства нуждавшимся товарищам, и командиры закрывали на это глаза. Высвободившееся таким образом время он посвящал снабженческим комбинациям. Созданная им сложная система скидок и уступок при поставке бочек, комиссионных и чаевых при покупке-продаже – а Майенберг потреблял четыреста пятьдесят литров пива в день! – помогла этому хвату скопить состояние.

Капрала интересовали и другие сектора. Он аккуратно инвестировал в кухонное дело, гордясь, что может достать почти все. Офицеров Рауль обеспечивал деликатесами, солдат, которые дважды в день ели говядину, кое-какими продуктами, разнообразившими рацион. Армия погружалась в болото рутины, личный состав в сонную скуку, а капрал обеспечивал их гамаками, посудой, матрасами, одеялами, прессой, фотоаппаратами. «Рауль Ландрад достанет все!» – таким был его девиз.