Рождённые из пепла

Если кончится – да помогут тебе боги.

– И что? Совсем ничего неизвестно?

– Ну, если и впрямь украла, то руку у неё точно отняли. Хотя за кражу у королевы могли и сразу на виселицу. Но никто ничего не видел. Пропала и всё.

Ульфа говорила об этом так непринуждённо, словно обсуждала наряды леди или роман кухарки с конюхом. Все сплетни сливались для неё в единый поток новостей лишь с двумя оттенками – «интересно» и «не очень».

Линн задумчиво шла по коридору. Вечер выдался тёмный, и все факелы и свечи зажгли раньше обычного.

Линн остановилась у одного из них и пригладила длинные светлые волосы. Поправила плечики и белые рукава-фонарики. Как у личной служанки королевы её платья отличались от обычных у слуг. Она могла одеться наряднее, чтобы радовать глаз своей госпожи. Хотя чистить ковры в покоях и стирать пыль приходилось в любом случае и любом наряде. И всё же Линн выглядела симпатично.

– Вот ты где! Прихорашиваешься?

Линн вздрогнула от возникшего в отражении человека.

– Стражник, – ахнула она, глядя на его мундир, и рука на локте сжалась ещё сильнее.

– Не просто стражник. Помнишь меня? – он почти выплюнул эти слова Линн в лицо.

Она вгляделась в его белёсые брови, большой прямой нос и раздвоенный подбородок и ахнула. Карие глаза смотрели на неё со злостью.

– Ты напоила меня! Меня побили палками и разжаловали, а затем ещё и на неделю в темницу бросили. И всё из-за тебя! Я шёл на повышение!

Стражник тряс её за плечи, словно хотел вытряхнуть душу.

– Я не хотела. Я только…

– Раз я из-за тебя пострадал, придётся тебе отработать.

Линн вскрикнула, когда стражник прижал её к стене. Она плакала и пыталась сопротивляться, когда он начал распутывать шнуровку на её груди, стягивать с плеч платье.

Пока не раздался властный голос:

– Что здесь происходит? – тихий, но холодный и тяжёлый как металл.

Взгляд королевы был ледяным. Её руки медленно палец за пальцем стягивали белые перчатки, словно она собиралась швырнуть их и вызвать кого-нибудь на дуэль.

Стражник тут же отступил от Линн, и развязанные наполовину шнурки у той на груди тут же сказали королеве всё.

– Ваше Величество, она соблазнила меня. Простите, – забормотал стражник и не смел поднять головы.

– Неправда! – крикнула в слезах Линн и бросилась перед Микаей на колени.