Стажировка у Хаоса

– Агриппа, – громко и четко сказала София, – позвольте представить Полину Сорокину, нашего нового Стажера – Смотрителя от корпорации «Олимпик».

Полина слегка наклонила голову в знак приветствия, исподтишка разглядывая старшего Хранителя.

– Спасибо, София, – произнес Агриппа, подавшись вперед и положив руки на стол. – Вы можете идти, я сам побеседую с нашим Стажером.

При этих словах Полина заметила на лице Софии удивленное выражение. Видимо, это было неожиданно, прежде подобного не случалось.

Пробормотав «как скажете», София кивнула Полине.

– Пусть она расскажет вам о своих фантазиях и поведении в трапезной, – стоя у дверей, язвительно сказала куратор и вышла, затворив за собою дверь.

Агриппа выпрямился в кресле, глядя вслед Софии, потом повернулся и с откровенным любопытством посмотрел на девушку.

– Садитесь, – Агриппа указал Полине на кресло, стоявшее рядом со шкафом у стены. Он наблюдал за ней, припоминая вчерашний разговор с Софией, её впечатления о вновь прибывшей, и язвительное замечание перед уходом.

– Итак, Полина Сорокина, наш новый Смотритель. Что произошло в трапезной, Полина? – поинтересовался Агриппа.

– Да ничего особенного, – Полина подняла голову и без эмоций смотрела на мужчину, который сидел за столом. – Я спросила у Софии, могу ли я объявить, что по всем интересующим вопросам пусть обращаются ко мне. Вероятно, в Ордене так не принято.

Агриппа обратил внимание, что, рассказывая о реакции Софии на её предложение, девушка не оправдывалась, а поясняла причины своего поведения, не считая себя виноватой.

В завершении Полина сказала, что впредь будет придерживаться правил поведения, принятых в Ордене.

– Тогда будем считать тему исчерпанной, – Агриппа наклонил голову. – Какие у вас первые впечатления о пребывании в Ордене?

Удивление и благодарность промелькнули в глазах новенькой. Отвечая на его вопрос, Полина повторила то, что говорила Адаму и Софии, а сама изучала старшего Хранителя.

Внешность у того была примечательная. У него было такое лицо, которые бывший начальник Полины, Георгий Михайлович, называл «породистыми». Слегка вытянутое, с бледной кожей и темными волосами, в которых блестела седина. Серые глаза, скрытые за очками в тонкой темной оправе, светились умом. Крупный нос с небольшой горбинкой и твердая линия губ подчеркивали волевой подбородок. Лицо человека, уверенного в себе и привыкшего к власти.