Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Леший

По глазам было видно, что Рыжему понравилось соло Бати. Он даже невольно поаплодировал ему.

Леший, почесав макушку, насторожился. Он узнал ребят, которые стали зомби. Валера и Серега, алкаши по жизни. Им всегда было на все фиолетово. Да и в человеческом обличье у них такая же походка. Так же шаляй-валяй. Ничего не изменилось, кроме цвета кожи, она стала темно-синей. Друг у них был, собутыльник Пашка-ходуля, тот вообще как на протезах дробил. В прошлую зиму на остановке замерз. Там у него пост. Каждое утро мелочь стрелял.

У таких, как они, на завтрак, обед и ужин только сухаревский самогон. Но все же не заслужили они такой смерти. По-человечески Лешему стало их жалко.

– Эх… – тяжко вздохнул он.

– Запомни! – Выставив вперед шашку и жестикулируя ею, словно дирижер, Батя обратился к задумавшемуся новичку: – Вокруг все твое оружие. День за днем ты ищешь прорехи в их броне. Ты учишься, становишься сильнее. В Улье по-другому никак. Пойми, слабохарактерным здесь не выжить.

Рыжий закатил глаза, посчитав слова полковника очередным выпендрежем.

– Да! Батя, ты крутой стратег. Воин, на хрен. А все остальные так себе. Мошкара. Я вот, например, у тебя студент-недоучка. Но я, сука, никогда не дрейфил перед опасностью. А Леший кто у тебя?

– Э! Ты че борзеешь? Давно люлей не получал? Нормальные пацаны мне уже сказали, что Гусь тебя специально ко мне приставил, чтобы уши греть. Видишь, не нравится ему моя прямота.

– Чего? – потупился юноша. Опустил руки. – Вообще, я сам по себе. – Он вызывающе поднял подбородок и отрицательно покачал головой.

 – Мне никакой Гусь не указ. А ты тем более. Наговариваешь на меня всякую хрень. Никто не виноват, что твоя дочка стала мертвячкой. Никто.

В воздухе повисла неловкая тишина. Казалось, стоит только чиркнуть спичкой, и вспыхнет пожар гнева. Но, к счастью, оба остыли. Полковник как ни в чем не бывало пошагал к домам. Рыжий, косо посмотрев на лесника, кивком указал ему идти вперед.

– Иди! Че встал? Или нужно особое приглашение?

Сверля взглядом напыщенного фазана, Леший убрал пистолет за спину.

Сейчас так хотелось пробить «двоечку» этому мудаку за его дешевый пафос. В свое время на секции бокса таких, как Рыжий, он учил на ринге. Но первое правило спортсмена не позволяло ему ударить. Боец должен уметь контролировать свои эмоции. Пройдя мимо Рыжего, Леший прибавил шагу. Догнав полковника, указал на крышу своего дома.

– Давай-ка проверим. Чую, здесь что-то неладное… – Он поджал губы.