Хеймдалль

– Забежишь в кузницу, там и останься, – пробасил он. – Ингольв может идти, куда захочет, а вот ты нет.

Раньше при виде отца, загородившего проход, Хродмар покорно понурил бы голову и мечтал бы только о том, чтобы тот поскорее ушел. Теперь все было иначе: кузнеца снова посетила необъяснимая яростная уверенность, которой ранее ему так не хватало. Взяв свой топор, он почувствовал себя воистину бесстрашным. В его голове звучали последние слова Ингольва – «нечего пустословить!» Поэтому, неверно их восприняв, Хродмар молча перекинул мешок через плечо и пошел прямо на отца с надеждой, что тот уйдет с дороги, но Бранд стоял скалой.

Сын подошел вплотную к отцу, они грозно сверлили друг друга глазами.

– Так ты хочешь проститься с сыном?

Бранд опешил от подобной дерзости и заорал:

– Ты чего о себе возомнил, говнюк!!!?

За спиной оказались мать с сестрой. Они никогда не слышали, чтоб отец так кричал. В гневливом лице сына Сальбьёрг увидела другого человека, она никогда не думала, что от родного ребенка можно ожидать опасность.

Мать почувствовала, как сейчас произойдет что-то нехорошее и взволнованно сказала:

– Бранд, отпусти его, пусть идет, пусть…

– Я даю вам слово, он вернется целым, – пообещал Ингольв.

– Верю тебе, но брать слово не хочу, – ответил Бранд.

На языке Ингольва вертелась речь, которая, возможно, помогла бы уладить конфликт, но в то же время он считал, уж что-то, а семейные дела – это слишком личное дело, поэтому предпочел остаться сторонним наблюдателем, кроме того, он, как и Бранд, не верил, что Хродмар способен чего-то сделать…

И тут он внезапно толкнул отца с такой силой, что тот камнем упал на землю.

У каждого, кто был рядом в этот миг, сжалось горло от потрясения. Сальбьёрг подбежала к мужу, Лауга от испуга прижала руки к груди, а Ингольв решил вмешаться, принявшись удерживать неуемного брата. Бранд отдернул руку супруги со своего плеча и яро бросился на Хродмара, тот вырвался из хватки Ингольва. Отец попытался взять отпрыска за горло, но сын вывернул ему руку и прижал лицом к стене, приставив лезвие своего топора к его шее. Бранд беспомощно терся щекой об стену, тщетно пытаясь выбраться из хватки. Холодное железо едва касалось его набухших вен.

– Фрея помоги! Хродмар, что ты делаешь?! Что с тобой?! – торопливо говорила Сальбьёрг.

– Я отправляюсь в поход! – рявкнул Хродмар.

Бранд попытался вырваться, но сын оказался гораздо сильнее. Хродмар дернул ему руку, отец от боли сжал губы, но продолжал молчать.