Хеймдалль

Берсерк не угомонился и бросился на ульфхеднара. Ингольв, увернувшись от удара, забрался прямо на вражью спину. Медведь же схватил его за ноги, чтобы не выскользнул, и грохнулся всем своим весом прямо на него, чуть не расплющив спиной. Затем дюжий кулак еще раз приземлился на голову Ингольва. Тогда он не выдержал и тоже пустился в исступление: поймав момент, ульфхеднар провел ногтями по глазам противника. Тот взвыл. Потом Ингольв впился зубами ему в глотку, подобно настоящему зверю, кровь полилась ручьем. Но и это не остановило берсерка.

Он стал громить кулаками пуще прежнего. Волк отвечал и готов был сам разорвать медведя в клочья, как вдруг в эту минуту меч Ингольва отразил солнечный луч, и сверкнули буквы «К-О-Л-Ь-Г-Р-И-М». В этот миг он пробудился, словно ото сна, и выбрался из ослабевших лап берсерка. Противник спокойно выпрямился и, орошая траву своей кровью, поволокся в его сторону. Не пытаясь даже остановить кровь, он тянулся к нему своими руками, пока, наконец, не повалился ничком в траву, испустив дух. Ингольв мотал головой по сторонам с окровавленным ртом, стараясь прийти в себя.

От страха ноги Хродмара будто бы вросли в землю, уши пульсировали до боли.

Остальные берсерки сухо глядели на труп своего соратника, их совсем не удивила его смерть. Один из них медленно подошел к трупу и потряс его:

– Э! Сторольв! Сторольв, тролль тебя дери! Хорош придуриваться, ну, песий сын, вставай уже! Сдох, все-таки…

Они все разом неторопливо подняли глаза на Ингольва:

– Что ж, – сказал один, взяв в каждую руку по топору, – сам на колени встанешь иль помочь тебе?

Тут появился Сидрок:

– Это что за тролльщина! – рявкнул он.

 – Вас уже одних оставить нельзя? Какого дверга вы тут устроили?

Сидрок перевел свой взгляд на окровавленный рот Ингольва.

– Какой альв позволил тебе схоронить моего берсерка?!

– Попрошу заметить, – вступился Хавлиди, – что Ингольв всего лишь защищал своего брата, дорогой мой ярл, весь этот кавардак учинили медвежеголовые, Тюр мне свидетель!

– Это правда? – обратился к остальным очевидцам Сидрок.

– Белоус не врет, волк требовал честного боя!

– Не-не, ульфхеднар дрался, как сущий зверь, покуда братишка его слюни пускал!

Вальборг шепнул Сидроку на ухо:

– Сам ведь, дурень, посадил себе осиное гнездо на мачту и даже не смутился. Я тебя предупреждал.

Сидрок раздраженно махнул рукой.

– На правду не обижаются! – добавил Вальборг.

– Оружие убрали и тихо-мирно сидим! – крикнул Сидрок.