Легенда о водяном коне. Часть II. Забытое мстит всегда

 – великий дипломат! Вот у кого нужно учиться, учиться и еще раз учиться.

Можно было и дальше наблюдать эту комедию, но я заметил в непроницаемой доброжелательности Т.Ф. признаки усталости и скуки. Моя помощь все же понадобилась. Лютиков просидел бы еще минут двадцать, но я вошел в зал и засыпал Татьяну Федоровну градом хозяйственных вопросов. Светильник разума, наконец, понял, что его время истекло, и шумливо откланялся, неловко обслюнявив руки Т. Ф. и Марины и так сжав мои пять пальцев, что стало ясно – своих двадцати ему точно не хватает.

– Он явно хотел захватить мои пальцы с собой! – объявил я, едва за агрономом закрылась дверь, усиленно потрясая в воздухе правой кистью и разглядывая ее. – Чем-то они ему приглянулись. Наверное, своими ему трудно ковыряться в носу, когда он думает.

– Саша! – укоризненно посмотрела на меня Т.Ф., и я понял, что немного перестарался. – Как ты любишь поерничать! Виктор Степанович очень приятный человек, неплохо воспитанный, с ним можно поговорить.

Такие в деревне – редкость. Конечно, он недостаточно образован, сильно не уверен в себе. Но это придает ему еще больше занятности.

– Согласен с вами, Татьяна Федоровна, – миролюбиво проговорил я. – Просто я разозлился на него за то, что он прервал ваш потрясающе интересный рассказ. На самом интересном месте. Может, вы его сегодня закончите? – я уселся на свое прежнее место, призывно глядя на Татьяну Федоровну. Марина устроилась рядышком.

Т.Ф. взглянула на часы и ободряюще улыбнулась:

– Нет, ребята, раз прервался рассказ на самом интересном месте сегодня, значит, это не случайно.

Пусть так и остается до завтра. Утро вечера мудренее, время позднее, пора спать. У меня, как вы знаете, режим, – она поднялась с кресла.

– Утром за завтраком я надеюсь обязательно услышать окончание! – сказал я. И голос мой был неожиданно для меня самого очень серьезен.

Глава IV

Утром я проснулся рано, не было еще и семи. Марина мирно посапывала рядом. До восьми ее будить было бессмысленно – Марина любила поспать и все равно ловила бы остатки сна до самой последней минуты.

Я встал, оделся и вышел во двор, оставив эту сонулю женского пола обнимать вместо меня теплую подушку.

Ослепительно-золотистое солнце стояло уже довольно высоко над своим традиционным ивантеевским утренним зеркалом – Спокойное озеро, как всегда добросовестно отражало этот небольшой кружок, уже изрядно припекавший. День обещал быть жарким.