Страшная граница 2000. Часть 1

Мол, в погранотряде они у котла да тушенки. А тут можно пофоткаться на славу. И домой послать. Мы, мол, в жестоком бою. Отражаем набег злых чечен!

Не знали поварята, что место их «фотки» только вчера заминировали наши саперы. Чтобы генеральской рыбалке не помешали злые чечены.

Вот и вляпались воины в эти самые мины! Повару мгновенно оторвало ступню. Охранник бросился на землю. И подорвался на мине. Кисть руки ему срезало.

Пока капитан рассказывал, к нам подбежал подполковник из пресслужбы округа.

Ливанкин.

– Капитан! – возбужденно пропищал он. – Мы готовим сообщение для прессы. Как Ваша фамилия? Вы тоже – участник боя.

– Какого боя? – удивился капитан.

– Который сейчас! Боевики устроили засаду, узнав о генерале из Москвы и полковнике из консорциума «Граница». Чечены, имея численное премущество, открыли массированный огонь. Тяжелые ранения получили бойцы отряда. Генерал руководил боем. За что и представлен к Ордену Мужества. Все участники боя представлены к награждению медалью «За отвагу».

Капитан злобно сплюнул:

– Меня не надо писать!

В это время мимо шли полковники – москвичи. Замполиты, так сказать. Морозов покосился на меня и обратился к Ливанкину:

– На обед идете?

– Конечно! – радостно сообщил тот, присоединяясь к дружной стае голодных пролетариев умственного труда.

Капитан злобно прошептал, глядя им вслед:

– Бля! В генеральскую столовую поперлись! Не хотят их высочества парашу жрать в офицерской столовке!

Повернувшись ко мне, он предложил:

– Пойдемте и мы кушать диетическую манную кашку!

Отказываться было неудобно.

Хотя мои ангелы-хранители из Группы медицинского усиления категорически запретили мне посещать эту самую офицерскую столовку. Ну и тем паче – солдатскую. Чтобы, значить, не подорвать здоровье.

Но я мужественно пошел за капитаном. Чтоб не думал, что я такая же сволочь, как Ливанкин и другие «поллитрабочие».

Однако, зайдя в грязную сырую палатку, названную по недоразумению офицерским общепитом, я задумался.

За перегородкой повар шлепал в миски какую-то вязкую дрянь.

– Это что? – настороженно спросил я повара.

– Каша перловая с тушенкой! – недовольно пробурчал он. – Вы что, сами не видите?

– «Дробь шестнадцать» вижу. То есть перловку. А мясо где?

Повар пробурчал что-то невнятное и тыкнул пальцем наверх:

– Это туда вопрос. Что они дают, то и есть.

Ответ меня устроил.