Страшная граница 2000. Часть 1

Из развалин выскочил солдат. Но тут же упал, сраженный очередью. И сразу вокруг начали рваться гранаты. Боевики методично расстреливали развалины из подствольных гранатометов.

– Пи..дец! Уходить надо! – крикнул я в сторону соседних развалин. И тут же мой голос утонул в стрекоте автоматных очередей и гулких разрывах гранат.

«Похоже, Миша Часткин не может к нам пробиться! – понял я. – Вот и приказал уходить! Но мы – под прицелом! Как уходить»?

Выглянул в разбитые окна:

– Б..дь! Лысая местность! Как в тире пристрелят!

Не успел я пригнуться, как пули впились в глину развалин совсем рядом.

«Огнемет! «Шмель!» – мелькнуло в голове. И сразу – темнота, тишина.

Очнулся я от громкого голоса. Рыжебородый боевик держал в руках мое удостоверение личности и читал:

– Подполковник Ильин. Корреспондент. Консорциум «Граница». Че он тут делает?

Заметив, что я открыл глаза, рыжий спросил:

– Ильин! Маршалла ду хьоьга! Ты – корреспондент? Или ФээСБэшник с «корочками» прессы?

Я поморщился.

Никак не соображу, где я. Что со мной?

Попытался пошевелиться. Ага! Руки связаны за спиной.

Начал было говорить, но кроме буквы «К» ничего не получилось:

– К-к-к.

Что-то мешало говорить. Я медленно вдохнул и выдохнул, пошевелил губами. Точно, контузия! И ответил:

– Д-да, корр-респондент.

Рыжебородый пристально посмотрел на меня:

– Почему по-чеченски не отвечаешь? Маршалла ду хьоьга!

С трудом повернув голову, я ответил:

– Маршалла ду хьоьга! Здравствуй!

– Ну вот, порядок!

Он повернулся к боевику, держащему наготове пулемет:

– Наш человек! А ты хотел расстрелять! Читай, чо там в документе!

Стоящий рядом боевик раскрыл зеленую книжечку и медленно, по складам, прочитал:

– Ватана болан сейгюси учин медали.

Рыжебородый перевел с турецкого:

– Это медаль «За любовь к Родине»! Ильина наградил Президент Турции!

Он посмотрел на меня и спросил:

– Петро! Ты в Волгограде, в железнодорожном интернате,

учился?

– Да, учился.

– Ну вот! Помнишь пацанов из Чечни?

– Да. Много пацанов было. И дагестанцев, ингушей. Помню.

Рыжебородый улыбнулся:

– Память у меня хорошая! Помню тебя! Ты изменился, а голос – такой же!

Сквозь головную боль я пытался вспомнить голос рыжего: «Что-то знакомое! Кто это?» И вспомнил:

– Ты – Вахид? Сейчас вспомню. Ш-ш-ш.