Закон Ордена

Братья подняли его и принялись молотить кулаками.

Перед тем как потерять сознание, Кестель увидел, как поднимается Алия и стряхивает обрезки веревок.

– Болваны, потушите огонь, – посоветовала она.

Кестель открыл глаза, когда в лицо плеснули водой из кувшина. Он висел, поднятый огромными лапищами двоих Шеронов.

– Кестель, а ты ведь прав, – задумчиво сообщила Алия. – Прощаться мы будем не спеша.

Она посмотрела на него из-под полуприкрытых век и достала из его дорожного мешка свои кривые мечи. Она посмотрела на них, словно увидела впервые в жизни, и они ей понравились.

Алия кинула один на кровать, другой вынула из черных ножен, глянула на острие. Лицо Алии сделалось равнодушным, бесстрастным. В нем не осталось ничего теплого и живого.

Кестель подумал, что теперь видит настоящую Алию Лов, о которой ходят легенды. А он оказался в полной власти беглянки из Ама. Завзятой убийцы.

Она отошла, и к Кестелю приблизился третий гроблин, старый бородач. Он наклонился, заглянул Кестелю в глаза, словно хотел прочесть мысли, почесал в голове.

В руке у бородача был стальной прут.

– Ну и зачем это? – спросил гроблин.

– Я ему обещала.

Хавараш поежился, взвесил прут в ладони, замахнулся и с медвежьей силой ударил в левое колено Кестеля. Хрустнули кости.

Удар оглушил ловчего. Перед глазами побелело, в размозженном колене пульсировала страшная раздирающая боль, накаленная добела, расплывающаяся по телу, отдающаяся в черепе. Кестель ощутил, как в его глотке рождается и рвется наружу нечеловеческий вой.

Если бы он вырвался, то испепелил бы и унес с собой рассудок.

Кестель чуть не задохнулся от натуги, но все же выдержал, стиснул зубы и задавил крик, укротил боль, сделал ее пусть не меньшей, но покорной, выносимой – почти так же, как укротил боль от ожога, когда держал запястье над свечой.

Кестель посмотрел на Хавараша.

Тот склонил голову, сопнул носом и раздробил другое колено. Снова взорвалась боль, Кестель содрогнулся всем телом, но совладал с нею без труда.

Оба колена уже не держали тело, оно бессильно повисло, поддерживаемое гроблинами. Однако боль сильней не стала.

– Держите его как следует! – приказала Алия.

Она оттолкнула Хавараша и шагнула ближе к Кестелю.

Шерон схватил Кестеля за волосы, приподнял голову. В глазах Алии Кестель заметил недоверие и злость, но они быстро сменились недоумением. Однако недолго продержалось и оно.

Меч мгновенно оказался у шеи, блеснул желтым в свете огня, прильнул к коже.