Страшная граница 2000. Часть 3

А что? Два года, и Гаврилов – лейтенант!

Но! Страшно не понравилось Славику, что его любимая жинка мгновенно позабыла о скромности и начала (о ужас!) красить губы да рядиться в короткие юбки.

Его душа, помня заветы хуторских казаков-старообрядцев, страшно вознегодовала.

Придя из увольнения, Гаврилов размахивал кулаками у моего носа и брызгал слюной от возмущения:

– Я ей гутарю: «Сыми тряпки! Не позорь хутор!» Она, змеюка, лыбится! Я гутарю, шо морду набью! Опять лыбится! Ты, гутарит, будущий офицер. И не должон руки распускать по мелким поводам.

Выслушав мои воспоминания, Глущенко уточнил:

– Так бил Гаврилов жену или нет?

– Говорит, не бил, а только учил. Намотает косу на руку, и учит. А как учит, не говорил! Наверное, бил, но несильно. Иначе бы убил. Удар у Славика что надо! Мы ж с ним боксом и рукопашкой занимаемся. Сильный удар! Если попадёт, конечно.

Лейтенант Глущенко посмотрел на часы и нервно закусил губу. Соображал, что же делать.

А может, Гаврилов не беглец, а убили его и забрали автомат!

Видя нерешительность взводного, я предложил:

– Товарищ лейтенант! Разрешите, мы сгоняем на хату Гаврилова? Тут рядом, пять минут ходу.

Глущенко побарабанил пальцами по стеклу, уложенному на письменный стол. Поморщил высокий лоб. И решил:

– Давай, Ильин! Бери своего земляка Пшеничного и беги! Одна нога здесь, другая там! Как у вас в станице говорят, шамером!

Этим самым шамером, почти ураганом, нас донесло до хатки, снимаемой нашим исчезнувшим земляком.

Ткнув гамкающего во дворе злобного пса под рёбра, мы забежали на высокий крылец. Постучали. И сразу, не дожидаясь приглашения, влетели внутрь.

За столом, горестно подперев руками седую голову, сидела древняя бабуля. Заслышав грохот наших подкованных копыт, она подняла маленькие глазки, утонувшие в глубоких морщинах.

– Никитишна! Славик приходил? – с порога выкрикнул я.

Старушка вздохнула и показала скрюченным пальцем на стену:

– Вона! Глянь!

На большом фото, прикреплённом кнопками к обоям, улыбалась юная очаровательная жинка нашего злобного Славика.

Хм! Ну и чего такого? Улыбается!

Ничего не поняв, я было повернулся к бабуле. Но что-то меня смутило на снимке.

Ах да! Посреди фото чернела маленькая дыра!

– Дыря! – подтвердила бабуля. – Славик прибёг, глянул у комнатку, а жинки нету. Записка токмо. Убёгла жинка до хутора.