Исправник

– Что может случиться?

– Все что угодно.

Анюта направилась к Близнецам.

Они не собирались у всех на виду хватать ее и куда-то тащить. Виталик прошипел:

– Приходи сегодня ночью. А если не придешь…

Он сделал многозначительную паузу.

Анюта смотрела на него, но не в лицо, а ниже, в кадык под пробивавшейся бороденкой. Когда нож будет в ладони – получится ли полоснуть по мясистой шее? Дотянется ли рука? Или лучше пырнуть в живот? Нет, на животе раны залечиваются намного чаще. Резать горло надежнее.

Она сможет. Близнецы сами довели ее до такого состояния. Теперь она сможет все. Плохо то, что враг не будет стоять на месте. Он уклонится или отобьет руку Анюты.

На расстоянии бить нельзя. Сначала надо отвлечь, иначе ничего не получится. Анюте нужно притвориться, что она смирилась. Позволить себя обнять. И когда тело и шея врага останутся без защиты…

Виталик закончил мысль:

– Не придешь – завтра со скалы «случайно» грохнется твоя сестра.

Близнецы вразвалочку двинулись в сторону дворца.

Подскочила Дунька:

– Чего они хотели? Анюта, что с тобой? Ты белая, как снег!

***

После обеда, когда Дунька собиралась вернуться на работу, раздался громкий узнаваемый звук, на этот раз удивительно короткий. Могучий вой оборвался в самом начале, не успев повыситься до визга, как бывало при вызове дива.

– Что это? – Дунька посмотрела на папу.

Анюта тоже не слышала такого звука, но она знала, что он означал. Общее собрание. Сейчас же. На площадь обязаны явиться все без исключения.

– Идите, – сказал папа. – Я помогу соседке, одна она не дойдет.

Анюта с Дунькой вышли на площадь. Со всех сторон подходили люди – с наружных работ, из пещер, из дворца. Около дворца собирались обе смены подземников и их семьи. Пещерники занимали место напротив. Над головами звучал единственный вопрос:

– Что случилось?

Ответа не знал никто.

Он не вышел.

Пришлось долго ждать, пока из леса доберутся те, кто ушел далеко. Звук вызова был слышен везде.

В какой-то миг среди стволов бамуковой рощи появился див. Он остановился, как посторонний, который просто шел мимо и ему стало интересно: что это тут, собственно, происходит. Поняв, что участия в собрании он не принимает, на него перестали обращать внимание.