Игрывыгры

Хороший герб себе на будущее, как напоминание, чтобы в такие истории больше не попадать.

– Отвези меня домой, потом езжай, куда хочешь. – Жанна опустошенно глядела на трассирующие очереди фонарей, проносившихся в окнах.

Раннее утро. Город еще только просыпался. Люди-«жаворонки» и принужденные обстоятельствами притвориться жаворонками «совы» куда-то спешили, все больше машин выползало из теплых будок гаражей и с холодных стоянок.

Михаил молчал.

– Если остановят, скажи, что увидел открытую машину и решил покататься, это простительней угона.

– Понимаю, не маленький.

– Ни фига ты не понимаешь. Если бы что-то понимал, мы бы здесь в таком виде не сидели. – Жанну будто жгло изнутри, она принялась обмахиваться, вентилируя внутренности краем мини-юбки. – Одежду, которая сейчас на тебе, уничтожь, лучше сжечь, но так, чтоб не привлечь внимания. Потом перегони машину в мой район, поставь где-нибудь неподалеку. Ключ-брелок занеси мне. Дальше не твои проблемы.

– Как понимаю, связываться с полицией ты не намерена?

– А ты?

На Михаила поднялся настолько агрессивный взгляд, что расхотелось сидеть с его обладательницей в одном автомобиле.

– Я – пас, – ответил он.

Вот и договорились. Жанна откинула голову, прикрыв веки, а ладони расположив на коленях.

Нет ничего лучше, чем лететь по просыпающемуся городу. Большинство светофоров еще не работало, в остальных машина поймала «зеленую волну». Так и хотелось вжать педаль, чтобы хоть раз в жизни ощутить, что чувствуют стритрейсеры и прочие гонщики.

Машина такую шалость позволяла, обстоятельства – нет. Недовольно порыкивая, мощная зверюга кралась по городским джунглям, словно выискивая добычу. Увы, дичь сидела внутри, мимикрируя под хищника, чтобы другие хищники не порвали на части. Овца в волчьей шкуре. Нет, не овца, а баран, поскольку Жанна под определение овцы не подпадала, это была молодая волчица.

Если она такая сейчас, пока молодая, что будет, когда станет матерая?

Через минуту Михаил вывел спутницу из временного анабиоза:

– Надо позвонить.

– Договорились же полицию не вмешивать.

– Не в полицию. Домой.

С хрустом потянувшись расправленными руками, одна из которых едва не заехала водителю в глаз, Жанна принялась рыться в бардачке. Потом в прочих вещах. В конце заглянула под сиденья.

– Предусмотрительный. – Она тихо выругалась под нос. – Перед выходом он свой телефон оставил у меня дома, чтобы нельзя было отследить, где трупы закопал.

– Мог бы просто выключить.