Кваздапил. Наявули

Вскоре мы вышли в комнату, где уткнувшиеся в телефоны парни лежали на своих кроватях. Мы тоже легли.

Спать не хотелось. Чувствовалось общее возбуждение. Телефоны служили прикрытием, они создавали видимость, что их обладатели заняты делом. Сейчас сыграть бы во что-то нейтрально-безопасное или найти интересную для всех тему разговора. Не танцы же с эротическими играми устраивать, как с Мадиной. Машка, при ее жажде жизни, вряд ли откажется, и парни проголосуют за возможное невозможное с превеликим удовольствием. Но не при мне же?

Кажется, я просчитался, думая, что здесь мы выспимся.

Четверо из пяти присутствующих хотели развлечений, а оставшийся пятый хотел, чтобы развлечения нашлись в рамках приличий. Возможностями приятно провести время в компании девушки квартира не располагала. Лишь безудержной фантазии Мадины хватило, чтобы превратить «общественную приемную», как мы иногда называли свое мини-общежитие, в жаркий ночной клуб.

Игорь рискнул предложить:

– Сыграем?

Он перетасовал в руках колоду карт.

Все помнили визит Мерилин. Я снова привел девушку. На этот раз – сестру, о чем сказано сразу и четко. Никаких вольностей даже не подразумевалось.

– Во что? – поинтересовалась Машка.

Лучше бы молчала. Парни заволновались: дама не возражает, дама хочет приключений.

– В дурака, – сказал Игорь.

– Давайте.

– Я – пас. – Мне не хотелось участвовать в пустом времяпровождении. Лучше подумать, все ли сделал, ничего ли не забыто. Лежа лицом вверх, я сложил руки за головой и уставился в потолок.

Осталось четыре человека, поэтому Игорь спросил:

– Каждый за себя или пара на пару?

Парням было все равно, лишь бы играть. Они замерли в ожидании ответа Машки.

– Пара на пару. – Она влезла на кровать Игоря с другой стороны.

Филька и Артур примостились в проходах с обеих сторон импровизированного игрового стола. Машка сдвинула предложенную колоду, Игорь тщательно перетасовал.

Я готовился к неприятностям. Новый топик Машки, сначала меня порадовавший, теперь напряг. Нагибаться Машке нельзя: ткань отвиснет, и ничем больше не прикрытая грудь окажется нараспашку.

И руки поднимать нельзя: короткая вещь взовьется с ними вверх, парни получат непредназначенное для них удовольствие, Машка – острые ощущения… а я буду сидеть как оплеванный. Пришло понимание, почему кавказцы так ревниво следят за сестрами. Может, прекратить это безобразие, пока оно действительно не вылилось в безобразие?

Пока я думал, а Игорь раздавал карты, в дверь позвонили.