Ольф. Книга первая

Друзья, как помощники в подсудном деле, тоже отпадали, у них и через них меня будут искать в первую очередь. И положившая на меня глаз знакомая, чей адрес лежал в кармане, отмелся сразу. Стоит Сусанне передумать или случайно проболтаться, и бегство от ярости ее папаши обратится в глупый фарс.

Городок у нас, конечно, не столичный, но немаленький. Не деревня, где каждый если не родственник, то знакомый. Но через одного-двух все друг друга знают. Лучше бы мне затеряться в большом мегаполисе, но до ближайшего из них надо как-то добраться.

И что там делать, куда податься? Ночевать на вокзале опасно, Задольский подсуетится, ориентировки прибудут раньше меня. Делить с бомжами теплотрассу тоже неохота. На съем квартиры нужны деньги, и даже если я их каким-то образом добуду, хозяева или соседи легко сдадут меня любому, кто будет интересоваться новым жильцом.

Взболтанная мозговым штормом память выдала: «А как насчет Игорёхи, сержанта-земляка, который помогал на первом этапе службы – то советом, то авторитетом, то ядреным словом?» Он деревенский, живет не так далеко отсюда.

На попутке – час-полтора. Мы с ним никогда особо не дружили, но армия – такая штука…

Так я оказался в Запрядье. Сослуживец работал водителем, мы пересеклись на грунтовке перед деревней, где я долго околачивался в ожидании.

– Правильно, – одобрил Игореха, когда я рассказал все. – Поехали.

Бывший сержант погрузнел, немного округлился и посерьезнел, однако лучики в уголках глаз остались прежними.

Взгляд словно смеялся в лицо неприятностям, которых всегда хватало. Язык не позволял назвать его Игорем или по отчеству. Игореха, и точка, уж такой человек.

Старый грузовик едва душу не вытряс, затем ноги долго тренировались не ломаться, хотя условия вели именно к этому.

– Жить будешь здесь. – Длинный Игорехин палец указал на заброшенную землянку.

Полуразвалившимся жилищем не пользовались, наверное, лет сто. Скрытое дебрями, оно находилось в паре часов хода по бурелому, туда не вело ни одной тропинки.

Обратно ни за что не выйти в одиночку.

– Про это место два-три мужика знают, не больше, – заявил Игореха. – Все они свои в доску. Если явятся – ссылайся на меня, вопросов не будет.

Глянув на часы, он заторопился:

– Бывай. Позже принесу инструменты, посуду и прочее.

«Мирись с соперником своим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге и не ввергли бы тебя в темницу.