Синдром Деточкина

Оксана постепенно справилась с тремором коленей, подняла с пола упавший нож, сложила его и спрятала.

– Вот и речка по вашему заказу, – указал я за борт. – Чуть дальше внизу – пустынный пляжик под соснами, все как вы хотели.

Метрах в сорока действительно плескалась вода. Из сорока примерно тридцать восемь пролегали вниз, под уклон, куда грохнулась бы наша машина, не воткнись в оставленную выезжавшим экскаватором случайную насыпь.

– Кто это был? – Слова у Нюты едва выдавливались из сведенного испугом горла.

Один выстрел – и сколько страха. Надо потом сиденья проверить. Дети – они и есть дети, как бы ни строили из себя взрослых. Взрослыми делает жизнь, а не косметика или громкие заявления на взрослые темы. А взрослые поступки – это совсем не то, что принимают за них рвущиеся во взрослость ранетки. Скорее, даже наоборот. Взрослого узнаешь по поступкам, которые для ребенка нелогичны.

– Кто был? – переспросил я с улыбкой. – К сожалению, догнать прямо сейчас, чтобы спросить, не могу. Но обязательно выясню.

Рука уже выудила из кармана телефон, пальцы автоматически набрали офис:

– Алекс. Диктую: темно-серая «Мазда», трешка-пятидверка позапрошлого поколения, левый руль, глухая тонировка по кругу, люк отсутствует, других примет нет. Использованные номерные знаки: Ель Семь Двенадцать Тополь Ольха, наш регион. Выяснить все, что можно. Срочно. На проводе.

Я убрал телефон и обернулся к застывшим с разинутыми ртами девицам.

– Алекс, ты где работаешь? – Оксана вновь стала наливаться опасливым уважением ко мне, перемешанным с… чем? Не знаю.

– В фирме, у которой есть выходы на базы данных, – объяснил я услышанные ими переговоры.

– Базы данных есть у любого пользователя интернета, если он не лентяй и не абсолютный чайник, – сообщила Оксана.

– Вот пусть и слазят наши дармоеды в интернет, поищут, – не стал я говорить о разнице в методах работы.

Мы все вышли из автомобиля, обошли его вокруг и оценили размер ущерба.

– Теперь что же, пешкодралом до города? – полюбопытствовала Оксана в своем стиле. – Часа три, наверное, шлепать? Вот, угораздило…

– Всего лишь пробито колесо, – сказал я спокойно. – Минут через пятнадцать-двадцать двинемся домой.

Нюта, наконец, улыбнулась. Оксана осмотрелась вокруг, на лице читалась некая невысказанная мысль.

«Ага, и она стесняется!» – обрадовано подумал я. Хорошо, что стесняется.