Синдром Деточкина

– Большие?

Интересно, звонок и сообщение о проблемах – это намек, что у моей группы появится новый объем работы… или он догадался? Или не просто предполагает, а знает?!

Если знает – где же я прокололся? Или – Жанна?!..

– Связалась не с тем, с кем нужно.

Вот же ж, цитируя единственного в своем роде Льва Николаевича, едондер пуп. Сейчас прогремят решающие слова, и за мою жизнь никто не даст ломаного гроша.

– Эти ребята… В общем, они не те, с кем должна иметь дела секретарша уважаемого человека.

Уф. Не забыть рубашку сменить, что-то слишком липнет на спине и под мышками.

Всего лишь взаимные разборки.

А нечего выбирать в любовницы девчонок в два раза моложе. С чувством, будто второй раз родился, я сказал:

– Думаю, это ее личное дело, она у нас девочка большая, сама умеет решать проблемы. И делает это так, что всерьез подумываю взять пару уроков.

Сказал, и полегчало. Не хватало в чужие отношения лезть, чью-то сторону занимать.

Но про «этих ребят» не забуду. Очень важная для меня информация. Несмотря на то, что нас с Жанной ничего серьезного не связывает. Как она думает. Потому что я не умею относиться к такому несерьезно.

– Если она соблаговолит провести мастер-класс, я тоже запишусь, но сейчас имеется в виду, что совершена ошибка, Жанна переоценила свои силы. В общем, когда увидишь ее…

– Понял. Увижу – сразу скажу, что ее ищут.

– Нет, ничего не говори. Набирай меня и диктуй ее местонахождение.

– Как скажете.

Все же – не обо мне. Но тогда… все правильно, и я целиком на его стороне.

Бедовую головушку Жанны я знал прекрасно. Если по живости натуры она действительно вляпалась во что-то опасное, что однажды, честно говоря, просто обязано было произойти… Шеф прав, лучше перестраховаться.

– Сообщу обязательно, – подтвердил я.

И не обманывал. Хотя Жанна и занимала некое приятное место в моей жизни, шеф был для меня всем.

Именно, не шучу. Таких, как он, я не встречал раньше и вряд ли встречу в будущем. Мой шеф – это нечто. Начнем с того, что он вытащил меня из тюрьмы, где гнить бы долгие годы за убийство насильника. Суд счел, что смерть подонка на месте преступления – это чрезмерно. Усугубило положение мое заявление, что сделал я это сознательно, что хотел убить такую мразь – и убил.