Живые тридцать сребреников

«Преграды, что встают на пути, усиливают тебя. Как воду». Смешно. При колебании от сорока до семидесяти ниже нуля увидеть воду жидкой в природных условиях – это надо постараться. Детям, чтобы они поняли смысл сказанного, приходилось показывать видео. Не демонстрировать же этический свод на примере унитаза или душа. В водных принципах речь идет о высоком, показывать их на примере сантехники – значит, глумиться над ними. В подледных поселках кое-где встречались холодные озерца со стоячей водой, которая не портилась и не замерзала, на севере из-подо льда били горячие источники, а где-то далеко на юге, на глубине многих километров, существовало недоступное соленое море, но все это, скорее, нарушало принципы, чем подтверждало: превратиться в болото и загнить вода ледников не смогла бы и за миллион лет.

«Остановка ведет к забвению, как воду»? Ну-ну. Авторов милости просим в гости.

Учеба поглощала почти все свободное время, а немногое оставшееся Сергей и Мира направляли на самосовершенствование.

Живя вместе, они продолжали стесняться друг друга, по дому ходили одетыми, в постель ложились не оборачиваясь друг к другу и только при выключенном освещении.

Иногда рука Миры находила руку Сергея и благодарно сжимала. Этими моментами он жил.

Дни летели, триместр заканчивался. Среди одноклассников вновь появилось напряжение, у прежде невинных фраз – многозначительность, в переглядывании ощущались намеки и нервозность.

Ко второму партнерству готовились более осмысленно, отныне руководствуясь не только желаниями, но и опытом.

Совместное проживание – нечто вроде длительного полета. Сейчас даже представить трудно, что творилось на отправившихся покорять звезды кораблях первой волны. С ковчегами проще, там населения хватало, и те, кто не лежал в анабиозе, устав от кого-то, компанию и обстановку могли сменить. Ныне к звездам новые шлюзы тащили через пространство только автоматические буксиры – ни один современный человек такого путешествия не выдержит, ни одиночка, ни в партнерстве, ни семейный.

Первое распределение, так странно закончившееся для Сергея и Миры, проходило в торжественной обстановке, с речью учителя и поздравлением, а процедура второго отличалась от церемониально-возвышенного первого, она оказалась более романтической: те, кто определился, брали друг друга за руки и говорили в монитор одновременное «Да». Оставшимся, как и в первый раз, помогал компьютер: они вписывали имена, далее – по старой схеме.