Зимопись. Книга вторая. Как я был волком

Умереть было не жалко, жалко было умереть без пользы.

Примерно через минуту Борзой появился один и пнул сапогом выступавшую булыгу:

– Вся в крови и какой-то слизи.

Глаза Коптюка вспыхнули непонятным огнем.

Борзой брезгливо передернул плечами:

– Снаружи! Противно до черта.

– Больная? – всполошился Духаня. – Заразная?

Занимаясь готовкой, он отложил мешавший ему меч в сторону, а затем, перехватив мой взгляд, отодвинул оружие ногой дальше за себя.

– Шут ее знает, – отмахнулся Борзой, присаживаясь к костру.

– А я посмотрю, что там и как, – сообщил Коптюк, сдавая Борзому вахту надо мной.

– С тебя – секрет отключки! – полетело вслед от Борзого.

– Дорога ложка к обеду. Раньше надо было думать.

Коптюк ушел.

Сделав взгляд максимально трусливым, я чуть ли не с ужасом уставился на меч, который опустил в мою сторону Борзой. Сработало. Плашмя ударив клинком по щеке, Борзой сказал:

– Правильно, малыш. Принимай жизнь такой, какая есть. Дают – бери, бьют – беги…

Он обернулся на пустой проем: там ругнулся Коптюк и вскрикнула Тома.

Толчок ногами – и мое тело полетело в костер. Точнее, в подпорку котла с моей стороны. Одежды на мне не было, пламя больно обожгло, но раскаленная подпорка, обжегшая еще сильнее, рухнула. Котел завалился на бок.

Фффф! – обратилась вода в пар, а то, что не вода – в дым, а огонь – в вонючую тьму. Костер погас мгновенно. Я прокатился в дымной завесе к мечу Духани и вместе с ним шарахнулся в сторону, когда владелец почти дотянулся до рукояти.

– Бей поганца! – заорал Борзой.

– Тварь! – завопил вдали Коптюк.

Даже сюда донесся звук удара. Затаившись за каменным выступом, я резал веревку на руках. Тома рыдала. Духаня истошно тер глаза. Находившемуся ближе всех к издохшему огню, ему и досталось больше всех. Бывший костер шипел, пузырился и исходил едким дымом. Чем выше, тех хуже дышалось и почти совсем не виделось.

Борзой вытянул оружие в сторону, где должен был находиться я.

– Глупый мальчик, – сказал он, выравнивая дыхание. Его глаза постепенно привыкали к новой ситуации. – Зачем? Уйти не смог бы, помочь подружке тоже. Теперь придется тебя наказать.

Мои руки, наконец, освободились. У меня не было плана. Была праща ноге, на которую не обратили внимания, но размотать я не успевал, поэтому просто собрался броситься на врага, прорываясь к Томе…

Раздался вой. Лай. Рык.