Зимопись. Путь домой. Веди

Она не отреагировала.

– Удивляюсь, что тебя признала – сказал Зимун. – Вообще не говорит. И соображает не очень. Если вообще что-то соображает.

– Давно она с вами?

– Месяца три. Мы даже не знали, что ее зовут Елка, у нас она была просто Блаженная. Тихая, покладистая, но иногда так смотрит, что дрожь берет и придушить хочется, чтобы она всех нас не придушила. Кто знает, что у нее в то время в голове творится?

Три месяца. А ссадины и синяки – свежие. У меня в груди вновь заклокотало.

– Аркана ты, должно быть, помнишь, – не замечая моей реакции, тихо продолжал Зимун, – он со мной в гостинице был, когда я тебе коня продал, а это, – Зимун мотнул бородой на копьеносца и того, что держал меня, – Корж и Сяпа.

Трудно стало жить в последнее время, никуда не прибиться, и с пропитанием беда настала. – Он потянул носом. Запах жареного мяса долетал и сюда. – У вас неплохо пахнет. Поделитесь со старыми приятелями?

Мы, оказывается, приятели. В прошлый раз Зимун отрекомендовался хотя бы старым знакомым.

Но учитывая, что меня держали в болевом захвате, вопрос был риторический, поделиться придется в любом случае, мое мнение роли не играло.

Звуков рубки леса долго не раздавалось, Ева это заметила. От костра донеслось:

– Чапа! Хочешь неприятностей?

Ее голос был жесткий, но однозначно девичий. Аркан переглянулся с Коржем и Зимуном:

– Опа, а приятель нашего приятеля, оказывается – баба. Она командует, а он прыгает козликом. Из Каинова племени, что ли?

Ответа никто не ждал, Аркан первым шагнул из леса к костру, Корж и Зимун двинулись следом.

Сяпа потихоньку повел меня за ними – согнутым, с заломленной за спину рукой.

– Она крестоносец, – громко выдал я, наконец, главное.

Мне казалось, что этим все сказано.

Аркан на ходу осклабился:

– Баба крестоносцев? Славненько, таких у меня еще не было. Чудесный денек. И лошадь, и баба, и ужин на костре… Нас будто ждали.

– А с этим что делать? – прошипело у меня над ухом.

– Она не баба крестоносцев, а баба-крестоносец! – выкрикнул я вслед. – Она вас в порошок сотрет!

По-моему, спевшаяся компашка убегайцев напрямую с крестоносцами не сталкивалась. Но действие мои слова возымели. Корж взял копье наперевес, Аркан снял с плеча лук и наложил стрелу, Зимун вынул из ножен меч. Корж зашел по дуге слева, Аркан – справа. Походка из беспечно-вальяжной стала осторожной, как при охоте на опасную дичь.