Банкир

И схватите эту его комбинацию… как это называется…

– Верхним нюхом.

– Вот именно.

– И что это нам дает? – Гончаров усмехнулся невесело. – В городке крутилось и крутится такое количество сомнительных персон, представляющих самые разные силы… Плюс «добытчики» всех разведок мира плюс официальные органы, занятые расследованием совершенных преступлений, плюс – случайные люди типа мелких сутенеров и жуликов… Вавилон. Так что выйти на конкретных организаторов похищения можно только путем рутинной оперативной разработки.

– Как скоро?

– Стараемся. А там – как повезет.

– Что вам нужно… – Решетов чуть помедлил, – чтобы повезло быстрее?

– Пока ничего. У нас, как я понимаю, открытый кредит, да и на благословенном островке мы давно сидим. Люди работают.

– Вы правильно сформулировали, Владимир Петрович. Время – вот что для них самое важное сейчас. Время сохранения. Постарайтесь… Вы ведь понимаете, о чем идет речь…

– Газеты почитываем, телевизор посматриваем… Чего уж тут не понять?

– Вот и славно.

Да, и еще… Я давно хотел вас спросить: как бы вы охарактеризовали Дорохова? Одним предложением. Вы ведь знакомы…

– Я с ним не виделся лет десять… И несмотря на внешнюю общительность, человек он был всегда закрытый…

– И тем не менее…

Гончаров задумался, по обыкновению, на секунду, сложив морщинку у переносья:

– Дор похож на сжимаемую им самим пружину. Тихо, медленно, настойчиво… А потом – эта пружина срабатывает с невероятной быстротой и силой. Неожиданной, поразительной для окружающих…

Решетов вытащил сигарету из коробки, прикурил:

– Думайте.

Никто из «Шлема» близко к Дорохову не подходил в последнее время.

– Совсем никто?

– Только ваш покорный слуга. Но у меня, как это у вас говорится, объективные мотивировки. Я хорошо знал отца, Петра Юрьевича Дорохова. И Дора помню мальчишкой. Даже если наши противники что-то прознали про «Шлем», связать меня с Дором могли лишь гипотетически… Во сколько, по-вашему, обошлась им кипрская… э-э-э… операция?

– Ну, если на все про все, то в три лимона «зелени».

Или немногим меньше.

– Весьма значительная сумма. И «новые русские» бросают их на ветер только в анекдотах. На пустую гипотезу три миллиона долларов тратить никто не будет.

Была наводка.

Зуммер дежурного телефона зазвучал резко.

– В чем дело? – спросил Решетов. Опустил трубку, произнес устало:

– Это снова по вашей части, Владимир Петрович. Убита моя секретарша, Марина Коретская.