Беглый огонь

Интеллигент робко спрашивает: «Ну, я пойду?» В ответ ему: «Куда?! А позвиздить?!»

Вот потому и не тороплюсь: разговорить давешних «бомжей» у меня времени недостало, да и условия были совсем неподходящие, а с этими мужичками самое время «позвиздить». О чем будет «звиздеж» – догадаться несложно.

Мужикам подошло.

– Ты сам-то местный, Олег?

– Ну, – неопределенно киваю. – У бабенки одной, Ленки Прохоровой, присоседился.

– Это какая Ленка? Та, что с косой прошлый год ходила?

– Не, она стриженая. Щас блондинкой покрасилась.

На рынке шмотками торгует. Да должны вы ее знать!

– Да видать видывали, а всех не упомнишь… – философически изрек Мишаня, прописав меня как «своего». – Ты во сколько вчерась к своей заявился-то?

– Я чего, на часы смотрел?

– Это да… Выгнала?

– Ну. Пятый день запой, собака, крутит.

– Это бывает, – поддакнул Витек. – А ночевал где?

– Да здесь и ночевал. На лавке.

– Менты-то здеся не шустрили?

– Покамест нет. А с чего?

– Да сволочь одну ищут. Девку у себя дома задушил.

– Ну?! – делаю круглые глаза.

– Угу. Насмерть. В восемнадцатом доме.

– Крутой дом.

– Ну. Там всякие богатеи живут и прочая шушера. Уже совсем с жиру озверели, падлы. Ну, понравилась девка, так трахай, душить зачем?

– Погодь, Мишаня, бабы у подъезда судачили, девка та – малолетка, да на наркоту подсаженная. Ее хахаль трахнул и придушил чулком.

На наркоту… Ну что ж, все организовано достоверно. Особенно в здешнем районе, славящемся рынком наркотиков. Итак, в моей безвременно оставленной квартирке служивые наверняка обнаружили и это зелье, а убитая девчонка – малолетка и начинающая наркоманка; для завершенности отрицательного образа я оказался еще и наркобарыгой.

Слава Богу, не в Сингапуре живем[5 - Знодательство Сингапура отличается в отношении наркоторговцев исключительной строгостью.], но ежели меня словят, служивые пропишут мне «до суда и следствия» так, что мало не покажется! Поэтому попадаться нельзя – с целью сохранения здоровья и способности к плотским утехам и деторождению. Как-никак я еще не женат, нельзя сказать, что собираюсь, но, как говаривал кто-то из древних, ничто человеческое мне не чуждо, и из этого «не чуждого» общение с прекрасной половиной человечества составляет лучшую часть моей неупорядоченной жизни.

– Может, это негритос был? Они как раз этим и промышляют. А за наркоту девка не то что негру, кому угодно даст.

– Не, бабы базарили, местный. Нашенский. Какой-то бывший вояка.