Беглый огонь

Впрочем, мне совершенно по барабану, кто держит в «Контексте» «крышу» и с кем проводит свободное от контекстуальных занятий времечко ее соучредитель, гражданин Нидерландов Леопольд Ленц. В нынешних фирмах антураж и содержание нередко не просто не совпадают, но противоречат друг другу. Если я что и почерпнул, так это информацию к размышлению. Торговля компьютерами и программами. Таких по Москве – тысячи.

Набираю номер.

– Фирма «Контекст».

– Это Наташа?

– Да-а.

– Будьте любезны, Николая Николаевича.

– Кто его спрашивает?

– Дронов.

– Минуточку.

Голос у «этой мерзавки Натали», так раскормившей Николя копченой осетриной, оказался вполне мелодичным, с легкой характерной хрипотцой и спокойной игривостью светской стервы, знающей себе цену; но и увидеть ее мне тоже любопытно. До встречи с этой милой барышней Ника предпочитал дам-с не моложе сорока пяти – всеведущая материнская забота сыграла с ним эту шутку.

– Олег? – Голос Ники в трубке звучал испуганно-озабоченно.

Или мне показалось?

– Он самый, собственной персоной. Почему так неуверенно?

– Ты откуда звонишь?

– Из центра.

– Из какого центра?

– Тайного масонского клуба «Зеленые панталоны». Имени и под руководством Юстаса Алексовича Штирлица.

– Шутишь…

– Хочу скрасить тебе жизнь.

– Ты вроде был за границей…

– А теперь внутри ее.

– Ты… Ты знаешь про Крузенштерна?..

– Да.

– Жуткая история…

Тон Ники, варьирующий от тихого в стиле «умирающий лебедь» до очень тихого: «простуженный удав», говорил о том, что Кулдаков напуган.

И может быть, даже не чем-то конкретным, а вообще по жизни. А телефон, по коему мы вели пока не ставшую задушевной беседу, скорее всего «грязный» по определению. Тем более чем занимается фирма «Контекст», судя по вялой аналитической раскладке в генеральском компьютере, – тайна, покрытая даже не мраком, а бесконечной рябью помех по оч-ч-чень мутной водице. В ней, как известно, хорошо ловить всякую рыбку, но можно и заиграться. Это для индейца Амазонии аллигатор яв-ляется закуской; нормальный же гражданин, встретившись с этим противоречивым пресмыкающимся, уходит на корм собственной персоной.

Но антимонии разводить мне было совершенно некогда.

– Ник, мне нужно с тобой увидеться, – проговорил я самым нейтральным тоном, на который был способен.

– По поводу убийства?

– Да.

– Но… Какой в этом смысл?

– Я хочу кое-что выяснить.